- В этой чертовой стране все через задницу! – кипятился белый американец с сержантскими нашивками. – Наши здесь боятся слово поперек местным обезьянам. А ведь такие же обезьяны взрывали наши казармы в Ираке и резали головы нашим парням! Точно такие же!
- Вроде бы это другой народ, - заметил темнокожий боец помоложе, пуская в небо веселый дымок.
- Крис, а тебе не все равно? – осек его темнокожий постарше. – Те же носатые черные морды, та же азиатская тарабарщина, которую мы не понимаем! Дикари, одним словом!
- Наши здесь не понимают, что как только в американских солдатах отпадет надобность, эти аборигены перережут их. Или продадут русским. Тут недалеко, говорят старая русская граница.
- Да, азиатам доверять нельзя, - согласился темнокожий постарше. – Что желтомордым, что арабам, что этим, носатым.
- Эти обезьяны еще смеют мне указывать, что делать! – взорвался белый. – Они забыли, что если бы не наша армия, они бы сейчас были захвачены русскими! Это мы спасли их от дикости и принесли им демократию!
- Точно, Джек, - поддержал его темнокожий товарищ.
- Вон смотрите, идут две обезьяны! – указал на тропинку молодой негр. – Баба с девчонкой.
По тропинке, что проходила мимо заброшенных пятиэтажек, медленно шли пожилая, седая грузинка в черном платье, и девчушка лет одиннадцати-двеннадцати, в темном платьишке. Женщина несла клеенчатые сумки, связанные ручками и повешенные через плечо. Похоже, возвращались с рынка.
- Они даже одеваться со вкусом не умеют! – плюнул на землю Джек. – У них тут черный – любимый цвет!
- Им, наверное, так их бог велит! – усмехнулся негр постарше.
Женщина, глядя в землю и о чем-то разговаривая с девочкой, вдруг увидела перед собой мужские фигуры в желтом камуфляже:
- Ну, здорово, старая карга! – крикнул на нее сержант. – Откуда прешься и куда?
- Вам что, мальчики? – испугалась женщина.
- Что она говорит? – спросил Крис.
- Какая хрен разница? Документы? «Документы» ты понимаешь, дура?
- Пропустите нас! Что вы хотите? – Женщина перепугано теребила ручки сумки. Девочка выглядывала из-за спины бабушки.
- Снимай сумки, старуха! – Джек передернул затвор своей М-16. – Сейчас проверять будем! А вдруг ты бомбу несешь!
- Самое прикольное, что она ни хрена не понимает! – усмехнулся темнокожий постарше.
- А ну, снимай свою поклажу, дура, мать твою! – Сержант схватил сумки, рванул их с плеча женщины. Та попыталась оттолкнуть руку американского вояки, но куда старой женщине тягаться с таким бугаем?!
- Ах ты, сука! Решила оказать сопротивление?! – Бравый сержант ударил женщину наотмашь по щеке, да так, что она полетела на землю.
- Правильно, так их, сволочей! А то совсем страх потеряли! - у старшего негра заплетался язык.
- Люди, помогите! – закричала женщина. Сержант, рассвирепев, нанес ей два удара прикладом по колену, отчего грузинка вскрикнула и заплакала.
Сумки упали на землю. Одна треснула, из нее посыпались битые зеленые яблоки.
- Пустите ее! Бабушка! – Девочка, сверкая слезинками на щеках, бросилась на мучителей. Заколотила кулачками в армейскую пехотную броню, ударила ножкой по здоровенному ботинку.
- Ишь ты, сучка! – Здоровенный негр схватил ее за волосы и бить по лицу. Девочка заревела, пытаясь закрыть лицо. Отведя душу, темнокожий вдруг разорвал ее платьице на груди. Девочка забилась в истерике.
- Говорят, здесь девки созревают быстрее! – набрался смелости молодой Крис. – Говорят, их тут замуж выдают в двенадцать лет!
- Вот и отлично! – Старший потомок американских рабов запустил руку девочке в платье. – Девочка, наверное, еще не знает, что такое мужик! Надо ей помочь. Крис, постереги, эту каргу! Я сейчас…
- Вы что творите, падлы?! – раздался гневный окрик. По-английски.
Метрах в двадцати стояли двое мужчин. Судя по всему, оба - американцы. Один – белый брюнет лет тридцати пяти с прямыми волосами и узким, скуластым лицом. На нем были темные очки, а от виска до самой шеи у него тянулся длинный шрам. Другой – афроамериканец того же возраста, с короткими, крашенными в желтоватый цвет, волосами, как у Уэсли Снайпса в фильме «Разрушитель». Оба были одеты в поношенные джинсовки поверх армейских футболок. Оба были без оружия. У обоих на плече висели спортивные длинные сумки.
- Учим аборигенов хорошим манерам! – оскаблился сержант, оторвавшись от сумок. – А вы что за черти с горы?!
- Учите манерам?! – закричал темнокожий в джинсовке. – Она же тебе в матери годится, тварь!
- А вы что, защитники обезьян?! Из «Гринписа»?! Проваливайте на***, пока целы. – Джек потянулся к винтовке.
- Эй ты, ниггер, отпусти девочку! – Несмотря на трагизм ситуации, фраза, брошенная одним чернокожим другому, могла бы позабавить стороннего наблюдателя.
- Кого ты назвал ниггером, мразь мелированная?! – Негр-подонок швырнул девочку на землю и медведем попер вперед, развернув плечи.
