И тут Сергей решительным шагом направился к пограничным укреплениям. Ему было на все плевать. Он бросил на землю свой автомат, расстегнул разгрузочный жилет. Бойцам на кордоне не понравились его телодвижения:
- Эй, стой! – На Сергея нацелились несколько автоматов. – Не искушай судьбу!
- Мужики! – рявкнул Сергей. – Среди вас кто-нибудь из Москвы есть?!
- Тебе чего?
- Москвичи есть?!
- Нахрена тебе москвичи?!
- Земляков ищу!
- Каких тебе земляков? Ты грузин или русский?
- Русский я!
- А на той сторон тогда что делаешь?
- Живу уже десять с х*** лет!
- Ну, хрен тебя знает. Почти все твои земляки в земле лежат. А свои с той стороны не приходят.
Тут из траншеи вылез невысокий крепыш лет тридцати пяти с волосами, подстриженными ежиком:
- Я хоть не москвич, но когда-то в Подмосковье жил. Из Сергиева Посада призвался. А ты кто?
- А я из Москвы, - ответил Сергей, тяжело дыша. – А в Сергиевом Посаде частенько бывал. Проспект Красной Армии знаешь?
- Знаю, конечно, - удивился крепыш. – Там военкомат недалеко. А ты что там делал?
- Да, когда студентом был, за девушкой ухаживал, - ответил Сергей. – Дом напротив Лавры. На пересечении с улицей Карла Маркса.
- Понятно. – Крепыш смачно плюнул на землю. – Нет больше не Посада, не Советской Армии, ни девушки. Радиоактивное облако от Москвы на северо-восток пошло. И, я так думаю, что многие у ВАС этому рады до ********я!
Уроженец Подмосковья выговорил это с досадой, но без злости. А у Сергея после этих слов похолодела диафрагма. Лицо его посерело. Он опустил голову, не зная, что сказать.
- Эй, москвич! Тебя как звать-то? – спросил солдат.
- Сергей…
- А меня Олег.
- Очень приятно, - Сергей протянул ему руку. Олег неуверенно пожал ее. Тут из траншеи послышался оклик на осетинском языке. Олег отдернул руку, как от горячей сковородки.
- А ты сам-то как там оказался?! – спросил он с вызовом. – И как ты там выжил?
- За женой поехал. Она выехать не смогла, так как въезд закрыли. Вот я за ней и поехал. А вернуться не успели. Вот, посмотри…
Сергей вытащил старый российский паспорт, показал ему. Олег недоверчиво взял потрепанную темно-красную книжечку, пролистал ее.
- Москва… Открытое шоссе… - читал он. – Нет, не знаю. В Москве, конечно, бывал, но у вас на районе… Повезло тебе, кстати. И дети есть?
- Есть. Двое.
- Ну ты молоток! – в голосе Олега послышались одобрительные нотки. – А русский язык-то они знают.
- А как же!
- А назвал как?
- Сын – Ярослав, дочка – Нана.
- Ярослав?! И как местные дети его не обижают?!
- Да он у меня сам кого хочешь обидит! – засмеялся Сергей.
Тут к Олегу подошел высокий бородатый мужик с желто-красно-белым шевроном и что-то недовольно прошептал ему. Олег изменился в лице, заторопился уходить:
- Ладно, пора мне. Бывай, Москва! – Он махнул рукой, и, обернувшись, быстро зашагал к траншее. Бородатый осетин бросил на Сергея ненавидящий взгляд и прокаркал:
- Покиньте территорию! Вас еще не пропустили!
Сергей, достав курево, разочарованно поплелся к своему «Уралу». Уходя, он обернулся. Олег, надевая каску, исчез под навесом траншеи. Еще раз их взгляды пересеклись. И все…
Аккурат в этот момент из домика вышли капитан Скакодуб и Сенцов. Судя по их смеху, они вполне нашли общий язык. Скакодуб, смеясь, приговаривал: «Ну ты, батя, молодчик! Ну ты даешь!». Юрий Николаевич лишь довольно улыбался, поглаживая пышные седые усы.
- Короче так, господа грузины! – изрек Скакодуб. – Не вижу препятствий вас задерживать, только сначала мы должны осмотреть ваш груз. Чтобы все было, как по документам.
- Нужно, так осматривай, капитан, - сказал Сенцов. Капитан жестом подозвал нескольких бойцов. Грузины открывали борта машин для проверки.
Пока «таможенники» залезали в кузов первого «Урала», Юрий Николаевич подозвал Сергея. Когда Сергей подошел, старый десантник сразу же вывалил ему убийственную правду:
- Короче так, Серега… Дело - табак. Москвы нет, Питера нет, все крупные города России уничтожены. Я так понял. Президент, правительство, Генеральный штаб, единая армия, даже элементарная администрация на уровне краев и областей – всего этого больше нет.
Сергей стоял, покачиваясь, как фарфоровый болванчик. Собственно, он уже был к этому готов. А безжалостный Сенцов продолжал:
- Все, что осталось от России, - это остатки армейских частей, которые уже давно подчиняются местечковым князьям, да островки населения, не сгоревшего и не замершего, не вымершего от голода и радиации, не спившегося и не наложившего на себя руки. Впрочем, такая же ситуация по всему миру. Здесь, в Осетии находится то, что осталось от 58-й армии и некоторых других подразделений. Одно могу сказать, - перед тем как уйти в небытие, Россия-матушка пустила кровь гадам знатно. Трупы америкосов и других натовцев валялись тут штабелями. Так капитан сказал.
Сергей некоторое время переваривал информацию, а Сенцов по-отечески хлопнул его по плечу и тут же направился наводить порядок к одному из «Уралов»:
- Эй, народ, аккуратнее! Не дрова ворочаете! Товар денег стоит!
