Как только старушка прошла на кухню, Злата приподняла голову и стала осматривать комнату. Ни цветов, ни фруктов – вокруг не было ничего из того, что обычно приносят родственники, навещая своих близких больных. «Врет, старуха, – подумала про себя Злата. – Не раскаивается муж, если вообще приходит навещать меня. Избил, как собаку, к старухе в избу отправил и поминай как звали. Как был сволочью, так и остался».
– Ну, ты посмотри на нее, только я за дверь, как она уже голову подняла. Нельзя так, деточка, нельзя! – заругала ее старушка, а Злата поспешила положить голову обратно на подушку.
– А можно окошки шторками занавесить? – попросила Злата.
– Это зачем?
– Мне все кажется, что Иван под окнами стоит и за мной наблюдает.
– Коли так, пусть наблюдает, – равнодушно ответила старушка, продолжая заниматься своими делами, расставляя на столе за головой Златы какие-то бутылочки.
– Не хочу, чтобы он наблюдал за мной.
– А тебе есть, что от него скрывать?
Злата замялась, не зная, что и ответить. Язык не поворачивался сказать доброй бабушке неправду.
– Что было в прошлом, то там и останется, а сейчас тебе прятаться незачем – твое дело – здоровье поправлять.
– Вдруг он придет меня до смерти забить? – вдруг заплакала Злата.
– Не придет, – уверенно сказала старушка, – он лишь на прощение надеется.
– Да? А что же тогда он пришел навестить меня с пустыми руками, ни цветов ни фруктов не принес, – продолжала плакать Злата.
Старушка оставила свои дела и присела рядом со Златой, взяв ее за руку. От ее прикосновения снова стало расходиться тепло.
– Странные вы, молодежь, – сначала бесчеловечные поступки совершаете, а потом пытаетесь загладить их фруктами да цветами. Разве же поступок твоего мужа скрасят фрукты?
– Нет, – тихо ответила Злата, почувствовав, как ее тревожность уменьшилась.
– А твой поступок смягчат цветы?
Злата помотала головой.
– Жестокие поступки можно смягчить только благими делами, поэтому я ему так и сказала, цветы дома в вазу поставь, а фрукты детям отдай – все больше пользы будет. Деньги велела ему с собой забрать – мне они не нужны.
– А как же вас тогда отблагодарить за вашу работу?
Старушка усмехнулась.
– Это, деточка, не моя работа, это – мое предназначение. За дарование свое целительное нельзя мне деньги брать, иначе бедой обернется.
– А на что же вы жить-то будете?
– Судьбой мне так уготовано, что и деньги-то мне не нужны. Живу я в лесу, отшельница. Питаюсь только тем, что природа дарует, а больше ничего мне и не надо. В прошлом году крыша течь начала, так люди добрые помогли, подлатали, с тех пор сухо, хорошо.
Злата посмотрела на доброе лицо старушки и почувствовала, что все наладится. Ее вдруг поклонило в сон, глаза стали закрываться и Злата провалилась в приятную негу сновидений.
***
– Хорошо раны твои затягиваются, быстро все заживает, – приговаривала старушка, осматривая кожу Златы. – Сейчас еще разок мазью смажу, а завтра уже и мазать не надо, уж и синяков-то почти не осталось.
Злата и сама чувствовала, как быстро идет на поправку. Здесь, в тишине леса ее жизнь протекала иначе – никаких людей, никаких переживаний, только размеренная жизнь вдали от всех. Постепенно Злата начала приподниматься на локти, потом садиться, а после – вставать и ходить. Чтобы занять себя полезными делами, она помогала старушке по дому – то мыла посуду, то паутину веником собирала, то окна мыла. Пару раз даже ходила с бабушкой в лес за грибами и травами, но толку от нее там было мало. Старушка необъяснимым образом видела грибы, она словно чувствовала места, в которых те растут. Не раз Злата замечала, как она некоторые ели обходила стороной, а наклонялась только к тем, под которыми росли грибы.
– Откуда вы знаете, что грибы нужно искать именно там? – поражалась Злата.
– Это, деточка, приходит с опытом. Сначала нужно много раз наклониться зазря, и только потом понять, как этого избежать.
– Вы такая добрая и мудрая, как же так сложилось, что вы на старости остались одна?
– Такая у меня судьба, я от этого не страдаю, потому что не противлюсь ей. Как складывается, так и живу.
– А сколько мне можно жить с вами?
Старушка усмехнулась.
– Так ведь это не мне решать.
– А кому же? – удивилась Злата.
– Тебе. Вот как решение в твоей голове созреет, тогда и уходить пора.
Злата тяжело вздохнула, ей бы и самой хотелось, чтобы к ней пришло решение, но она понятия не имела, как ей быть с мужем, детьми, Сергеем и своей жизнью.
– Может, вы мне подскажете? Вы же такая мудрая, все знаете.
– Э, нет, – засмеялась старушка, – только тебе, деточка, решать, как жизнь свою построить. Другим людям грешно в чужую судьбу лезть. Ты не торопись, обожди, решение непременно придет.
– Ой, гриб! – воскликнула Злата, не веря своим глазам. Под самыми ее ногами рос хороший крепкий гриб с широкой шляпкой.
– Делаешь успехи, – улыбнулась старушка.
***
Время шло, и Злата все сильнее скучала по детям. Их милые лучезарные лица снились ей каждую ночь, и она мечтала о встрече. Раны полностью зажили и только легкие розоватые покраснения напоминали о былых неприятностях.
