-- Знаешь, когда Томас занемог, меня послали в дом монахов ухаживать за ним. И вот, однажды, когда Томас заснул, измученный болезнью, я спросила Андреаса напрямую: "Послушай, если бог всемогущ, и достаточно лишь твёрдой веры, чтобы исцелить любой недуг, то почему болеет Томас? Ведь Господь властен исцелить любой недуг в мгновение ока!" Андреас мне ответил, что существуют болезни ко славе божией. Я поначалу не поняла, но он мне объяснил это так. Оказывается, что бог не просто так допускает различные беды. Ему не нравится, когда у человека всё хорошо, когда он ни в чём не нуждается, и ему не на что жаловаться. Потому что тогда человек мало думает о боге. Даже если он христианин, и молится регулярно, то делает это не скорее по привычке, а не от того, что чувствует перед богом себя никем и ничем. Только в несчастье человек может понять, как он жалок и бессилен, и из глубины отчаянья способен молиться от всего сердца.
-- Не может быть... -- поражённо вымолвил Маленький Гром, -- может, ты что-то неправильно поняла?
-- Нет, Андреас объяснял всё очень долго и обстоятельно. Он говорил, что прочёл это в одной книге, которая называлась, кажется, "о божьем городе"... Святой Августин, который её написал, много говорил о земных бедствиях, ибо в те времена его город захватили и разорили враги. Многие видели причину этого бедствия в том, что большинство жителей незадолго до этого приняли христианство, но Святой Августин возражал, что город разоряли враги и до этого, а в том раз, хотя город и был разорён, враги-христиане не стали разрушать христианских храмов, а до того языческие разрушали. Он приводил это как пример того, что христианство хоть и слабо, но смягчает нравы, хоть при этом сам признавал, что враги обесчестили многих добродетельных женщин. И говорил, что господь позволил этому свершиться во многом потому, чтобы добродетельным это было на пользу, так как уменьшало их гордость...
Маленький Гром был потрясён:
-- Не может быть... я раньше думал, что боги ничем не различаются, ну те, что у нас, покровительствуют нашему народу, тот бог, что у христиан -- христианам. Ну, я даже допускал, что бог христиан могущественнее, так как христиан больше, но я и представить себе не мог, что христианскому богу недостаточно, чтобы ему просто поклонялись. Это бог, которому нужно, чтобы красивая и гордая девушка превратилась в кусок окровавленной плоти... Чтобы вопила в отчаянии... Пушинка не должна поклоняться такому богу, или она погибнет!
-- Ты прав. Маленький Гром, я взяла с собой карандаш и бумагу, чтобы ты смог написать ей всё, что сочтёшь нужным. Если тебе важно, чтобы тайна касалась только вас двоих, то я клянусь тебе, что не буду читать это. Но только пожалуйста, найди сейчас слова....
Маленький Гром ничего не отвечал, только мял случайно попавшую к нему в руки ветку.
-- Хочешь, я отойду, и не буду тебе мешать сосредоточиться.
-- Ладно, хорошо... Давай сюда бумагу.
Заря протянула бумагу и отошла на одну из дальних тропинок сада. Она глядела на здание госпиталя, и думала, что очень может быть, именно в этот момент там кто-то помирает, ведь не всем же повезло как Маленькому Грому, получить сравнительно лёгкую рану. Заря представила себе христианского бога, спокойно взирающего с небес на людские страдания, и её передёрнуло от этой мысли. Хоть бы уж этот бог не мешал людям жить как они хотят, если уж не помогает. Но ведь сколько зла приходит в мир через его адептов, и он их ПРОЩАЕТ, НЕ ОСТАНАВЛИВАЕТ. Или не прощает? Но тогда почему в явной форме не сообщает им об этом? Что вообще в голове у пиратов творилось, когда они творили своё черное дело? Ведь Пушинку насиловать было не обязательно даже чисто с прагматической точки зрения -- невинная она бы стоила по любому дороже, а от насилия могла бы вообще умереть, а мертвую не продашь. И всё-таки они пошли на это... неужели ВСЕ были настолько пьяны? Едва ли... Маленький Гром окликнул её, прервав размышления.
-- Готово, -- сказал он, протянув свёрнутый листок. Заря взяла его и уже хотела было попрощаться, но тот продолжил, -- Знаешь, Заря, я первое время не понимал, как стало возможно то, что случилось. Потом мне люди Инти объяснили, когда я дал им показания... Но тебе, поскольку ты не родилась в нашем городе, это едва ли будет понятно.
-- Всё равно расскажи.
