Тучи над страной Солнца полностью

-- Ничего, постараемся обезвредить всех. Однако об этом хватит, теперь перейдём к другому. Что вы с Зарёй планируете на будущее? Ты заслужил как минимум статуса инки.

-- Поскорее вернуться домой, и жить там с родными. Лучше всего это сделать до рождения малыша, чтобы Заре было кому помогать с маленьким. И мне не хочется, чтобы мои и её родные знали о том, что я работал у тебя, поэтому статус инки мне давать не нужно. Нужно представить дело так, что я был в рабстве, что Заря дальше Тумбеса не уезжала, иначе я боюсь враждебного отношения.

-- Вот как ты хочешь... Ладно, твоё право. Но раз так, то звание инки можно дать тебе тайно, не говоря им ничего. Поскольку вы поедете домой через Куско, то тебя там должны осмотреть наши лекари. Ни в коем случае не пренебрегай этим, если не хочешь оставить этот мир много раньше срока. А кроме того, ты раньше планировал стать амаута, интересовался звёздами и даже в Испанию брал с собой учебники. Как, не хочешь возобновить обучение?

-- Я не знаю, смогу ли я сдать теперь экзамены по конкурсу и можно ли это совместить с семьёй.

-- Ну, другие совмещают и ничего. Ведь между Куско и вашим городком не океан пролегает, и ты можешь получить право ездить туда-сюда хоть каждый день. А насчёт конкурса не беспокойся -- за подвиг ты имеешь права учиться и без конкурса.

-- Ладно, я подумаю над этим.

-- Я, конечно, не требую от тебя ответа прямо сейчас, тебе ещё надо в себя прийти, а может, лекари сочтут твоё здоровье настолько подорванным, что запретят тебе учиться, но как надумаешь -- напиши.

-- Когда мы можем отправиться домой?

-- Хоть завтра. Хотя Заре в таком состоянии путешествия не совсем желательны, но отправить вас под чужими именами домой лучше для вашей безопасности, чем держать вас в Тумбесе.

-- Тогда мы поедем завтра.

-- Хорошо, вам завтра выдадут подорожный документ на поддельное имя, а заодно, хороший запас подушек, чтобы в дороге так не трясло, для беременных это может быть опасно.

Заря в ответ лишь благодарно улыбнулась. Инти в этот момент был для неё своего рода воплощением родины -- той самой Тавантисуйю, которая всегда позаботится о всех своих детях, но и он же был тем Солнцем, которое должно развеять сгустившиеся над страной тучи.

Конец первой части.

Приложения к роману "Тучи над страною солнца"

Пьеса "Позорный Мир"

Эта пьеса вышла через десять лет после Войны За Освобождение. Основана во многом а пересказе описываемых событий самим Манко Юпанки. Вскоре после выхода некоторые особенно ретивые деятели возмутились, что она якобы представляет Первого Инку в несколько непочтительном свете, но тем не менее сам Манко заявил, что пьеса наоборот, передаёт истину без искажений. "Вся страна знает, что испанцы издевались надо мной, и даже дошли до того, что посадили меня на цепь как собаку, но почему-то когда об этой правде посмели написать в пьесе, то это некоторым кажется недопустимым. К чему скрывать правду от наших потомков? Наоборот, они должны понять и прочувствовать ту бездну унижений, которую пережили мы, чтобы судить о нас справедливо" .

После Великой Войны пьеса вошла в обязательную школьную программу, и ко времени, описываемом в романе, была хорошо известна каждому школьнику.

Пролог.

На сцене Манко, переодетый простолюдином. Он колет дрова перед хижиной.

Манко(рассуждая вслух сам с собой):

Война меж братьями моими

окончилась

Победа не досталась никому

А оба претендента на престол

мертвы

Страной теперь владеют чужеземцы

Что на собаках страшных сверху ездят

И громы испускают, точно боги!

Отцовы полководцы перед ними

бессильны оказались

И неясно, что будет дальше

Может быть, потомков Cолнца --

всех вырезать затеют чужеземцы!

Ведь угадать их планы не дано нам.

Действие первое.

На сцене появляются старейшины. Робко подходят и кланяются в ноги. Манко смотрит на них с удивлением.

Первый старейшина:

Достойнейший потомок Cолнца, мы пришли

Сказать тебе -- ты избран государем

Иди же с нами, льяуту прими.

Манко:

Вы старики, к лицу ль вам так шутить

Какое льяуту, страна под чужеземцем!

Второй Старейшина:

Конечно, это так, но чужеземцы

Сказали, что позволят

Нам жить согласно нашему закону

Ну а порукой мира между нами

Стать должен царственный заложник.

Манко:

То есть? Я не понял.

Второй Старейшина:

Им нужен наш законный государь,

Которым станешь ты, уже решили инки.

Манко(мрачно):

А если разгорится вдруг восстанье

Меня повесят, как Атауальпу

В подобной смерти я не вижу смысла!

Первый старейшина:

Помилуй нас, отец наш!

Ведь если ты откажешься, испанцы,

Наколют нас на вертелы стальные!

Манко(в раздумье):

Я буду номинальный лишь правитель?

Второй Старейшина:

Нет, кой-какую власть тебе оставят,

Хозяйство наше чуждо для испанцев,

А им же должен кто-то управлять!

Твои я колебанья понимаю,

Иметь с врагами дело неприятно,

Но выхода у нас иного нет!

В руинах Кито, Руминьяви мёрв,