На рассвете 24 сентября 1943 года войска генерала Черняховского вышли к Днепру. Притаясь за обломками выброшенного на берег парома, разведчики, как завороженные, смотрели на сверкающую под первыми солнечными лучами лазурную ширь. Неторопливо, словно в глубоком раздумье, катил свои воды Днепр — туда, на юг, откуда ждал своих освободителей древний красавец Киев.
— Вот мы и пришли, — сказал ефрейтор Остап Охрименко, обнажая седую голову, — вернулись к тебе, батько, как обещали…
Он протянул руку и зачерпнул полную каску чуть мутноватой речной воды. Бережно, как драгоценную хрустальную чашу, передавали друг другу разведчики солдатский боевой шлем. Украинец Охрименко, грузин Додашвили, литовец Гражулис и русский Николай Исупов — все по очереди глотнули днепровской воды.
— Да, ребята, — сказал капитан Исупов. — Мы пришли к Днепру, но это еще не все, нужно взять его у врага…
Николай Антонович вступил в бои с врагом в первые дни войны. Он сдерживал бешеный натиск фашистов в Западной Украине, оборонял Киев и Сталинград, и вот, пядь за пядью вырывая у захватчиков родную землю, вновь вернулся к берегам Днепра. Сколько за это время пришлось капитану Исупову форсировать рек и речушек! Уж он-то знал, что это такое «преодоление обороняемой противником водной преграды…»
В грозном молчании притаился далекий, окутанный серой дымкой, занятый фашистами правый берег.
Когда Черняховскому доложили о том, что наши передовые части вышли к Днепру, он принял решение — немедленно форсировать реку, чтобы фашисты не успели создать прочную береговую оборону. Первая попытка форсировать Днепр успехом не увенчалась.
Во избежание новых, невозвратимых потерь командующий армией отдал приказ — до наступления темноты прекратить попытки форсировать Днепр. На командный пункт были срочно вызваны командир дивизии генерал Шкрылев и начальник политотдела полковник Бондаренко. Черняховский приказал ночью 25 сентября 1943 года во что бы то ни стало захватить плацдарм на том берегу Днепра и удерживать его в течение дня, чтобы обеспечить возможность для переправы ударных сил армии.
Было решено сформировать штурмовую группу добровольцев, преимущественно из числа бывших солдат морской пехоты. Через несколько часов таких людей подобрали. Командовать группой должен был самый опытный, смелый и хладнокровный офицер дивизии. Выбор пал на капитана Исупова. Ему уже приходилось возглавлять подобные группы при форсировании реки Сейм, при освобождении городов Конотоп и Бахмач. Во всех случаях он блестяще выполнял задания командования, проявив при этом, кроме выдающихся командирских способностей, личное мужество и героизм.
В два часа ночи штурмовая группа выдвинулась на исходные позиции и приступила к осуществлению операции. В распоряжении Исупова было всего три лодки: одна надувная, резиновая и две деревянные, рассчитанные на перевозку 3-х — 4-х человек. Он приказал погрузить на резиновую лодку станковые пулеметы и противотанковые ружья, на деревянные — саперов с инструментами и радистов со средствами связи. Остальной личный состав переправлялся на «подручных средствах». В ход пошли доски, деревянные бочки, камышовые плоты.
Группе удалось незаметно достигнуть середины реки. В этот момент на нашей стороне к Днепру стали подходить основные силы. Тотчас сотни осветительных ракет сорвали черное покрывало с тихой осенней ночи. Стало светло, как днем. Еще через какое-то мгновение ожил вражеский берег. Откуда-то издалека бухнули артиллерийские батареи, затрещали, сливаясь в сплошной, беспрерывный гул тысячи автоматов и пулеметов. От сотен мин и снарядов закипела, заходила тяжелыми волнами поверхность Днепра.
И все-таки они прошли сквозь это страшное месиво из огня, стали и воды.
