Михаил вежливым, наигранно дружелюбным тоном произнёс:
— Анна, проведи младшему инспектору... как её там, не помню, экскурсию по нашему дому. Пусть посмотрит. Видимо, она мало видела типовых домов.
— Не отвлекайтесь, Михаил, — спокойно продолжил Сафронов. — У неё своя работа, у меня своя. Хорошо, что вы отправили Анну с ней. Теперь мы можем поговорить более откровенно.
Он сделал короткую паузу, затем вернулся к теме:
— Возвращаюсь к вопросу. Вы знали что-нибудь об Институте и его работе до вашего прихода?
— Нет, — коротко ответил Михаил.
— Тогда вам, наверное, будет интересно, — сказал Сафронов.
Он протянул Михаилу руку, обнажая на запястье нейролин-интерфейс. Жестом он предложил скачать файл. Михаил чуть задумался, стоит ли принимать переданную информацию, но машинально протянул руку. В одно касание данные скачались и активировались.
Содержание файла эффектом дополненной реальности отразилось поверх комнаты, справа от лица инспектора. Михаил чуть повернул голову, чтобы дать открытому файлу больше пространства для отображения на сетчатке глаза.
— Файл останется у вас, — с лёгкой улыбкой произнёс Сафронов. — Там много чего интересного. Разные, более ранние названия Института, а также фамилии и имена лаборантов.
На последнем слове он сделал акцент, явно подчёркивая свою иронию и демонстрируя знание того, что реальная роль Михаила далека от простой должности лаборанта.
— Вам не любопытно, что стало с этими лаборантами и где они сейчас? — спокойно спросил Сафронов.
— Просвети же меня, раз уж начали, — с той же иронией ответил Михаил.
— Часть из этих "лаборантов", — начал Сафронов вкрадчиво, — оказалась в психиатрических лечебницах с диагнозами шизофрения, тяжёлые формы депрессии и посттравматическое стрессовое расстройство. И все, как один, молчат или вовсе ничего не помнят.
Он чуть наклонился вперёд, не сводя взгляда с Михаила.
— Другая часть погибла при странных обстоятельствах: несчастные случаи, суициды... В наше время трудно сказать, где действительно суицид, а где тщательно замаскированная смерть.
Сафронов выдержал паузу, словно давая Михаилу возможность осознать услышанное.
— А третья часть... третья просто исчезла. И нам самим весьма любопытно узнать, где они теперь.
Он улыбнулся холодной, почти весёлой улыбкой.
— Вот вам, Михаил, какая судьба больше нравится?
Михаил бегло пробежался по файлу. Как он понял, это была отчётная документация различных институтов о проделанной работе, отчёты о реализации финансирования и штатные списки. Все финансировалось из различных источников: через субсидии, гранты и напрямую от различных корпоративных и государственных заказчиков. Институт явно не гнушался брать деньги откуда угодно, независимо от природы и целей выделенных средств, оставаясь при этом в правовом поле, хотя откуда ему знать, ведь ему предоставили только официальные документы.
Инспектор не торопился, молча наблюдая за Михаилом, видя его отстранённый взгляд и движения зрачков, указывающие на чтение. Когда Михаил окончил осмотр документов и сфокусировал взгляд на инспекторе, тот сразу перешёл в атаку.
— Ну что, Михаил, вы и теперь намерены молчать, подвергая себя риску?
Михаил задумался на несколько секунд, решая, как лучше перевести разговор в нужное ему русло.
— Вы показывали это другим лаборантам, моим коллегам? — спросил он.
— Нет, вы первый, — ответил Сафронов. — Мы решили показать это вам, потому что три предыдущих разговора с вашими коллегами у нас не состоялись. Видимо, вы сами не очень понимаете, в чём принимаете участие, и начиная с вас, мы решили открыть вам глаза.
— То есть вы утверждаете, что Институт каким-то образом сводит с ума своих сотрудников, убивает и похищает их? — уточнил Михаил.
— Если бы мы знали точно, — спокойно ответил Сафронов, — уже бы предприняли меры. Но закономерность стопроцентная: просто так ещё никто не уходил.
— Прямо никто? — переспросил Михаил.
— Ну скажем так, никто, кто долго сотрудничал с Институтом, — с лёгкой ухмылкой добавил Сафронов.
— Значит, кто-то всё же просто живёт себе дальше?
— Кто-то и живёт, — согласился инспектор. — Но это явно не про вас.
— И почему вы так думаете?
— Потому что вы подошли слишком близко. Давайте не будем ходить вокруг да около. Вы уже не просто испытуемый. Вы — успешный кейс проекта, хотя сами, возможно, ещё не до конца осознаёте свою ценность.
Сафронов сделал короткую паузу.
— Я предлагаю вам защиту и покровительство на самом высоком уровне. Поизучайте файл, пообщайтесь с людьми — там есть другие материалы, включая мои заметки и результаты допросов. Интересные случаи выделены. Сами во всём разберётесь и примете решение. Мои контакты есть внутри файла.
— Все прям такие добрые, я аж не могу, — не выдержал Михаил.
— Кто "все"? — мгновенно ухватился за его оговорку Сафронов.
— Чиновники. Будто вы действительно что-то знаете.
Инспектор явно понял, что имелось в виду что-то другое, но не стал давить и сделал вид, что поверил.
— Так просветите.
— Не уж.
— Вот то-то и оно, — усмехнулся Сафронов и, поднеся руку к уху, передал сигнал.
— Вика, отпускай Анну, мы уходим.