Фонари вдоль дорожки ещё не горели, но их матовые стёкла отражали тусклый свет облачного неба. Проходя мимо знакомого уголка для занятий рукопашным боем, Михаил посмотрел на грушу, слегка раскачивающуюся от ветра. Она напомнила ему о Скалине, которого он давно не видел, и о собственных тренировках, заброшенных в последние недели. Михаил криво усмехнулся: следовало бы снова начать заниматься, особенно теперь.
Пруд, где в тёплые месяцы отражались кроны деревьев, теперь выглядел спокойным и слегка тусклым под серым небом. Его поверхность покрывали опавшие листья, тихо покачиваясь на воде. Мостик через него, казавшийся прежде лёгким и нарядным, теперь смотрелся более задумчиво, окружённый осенним безмолвием.
Шагая по знакомой дорожке к зданию Института, Михаил ощущал, как глухая тяжесть после утренней ссоры оседает на плечах. Осенняя тишина двора, сырой воздух и потускневшие краски словно усиливали это чувство. Всё вокруг будто подсказывало: лёгкость ушла вместе с летом, уступив место чему-то более тяжёлому и неотвратимому и с этим чувством он вошёл в гостиную Института.
Внизу никого не было. Михаил поднялся на второй этаж, где застал почти всех сотрудников Института, за исключением Скалина и его робота. Команда занималась подготовкой Линь Хань к переносу тульпы. Она проходила стандартные процедуры визуализации вместе с Лилит, а остальная команда считывала волновые сигналы мозга и следила за показаниями тела и изменением её биополя.
Михаил вошёл в мониторинговую комнату и поздоровался.
— Что, дома не сидится? — спросил Артём, отвлекаясь от монитора.
Мэтью внимательно, испытывающе посмотрел на Михаила, будто уже подозревал, что тот зашёл не просто так.
— Да, осенняя хандра навалила, — отшутился Михаил и подошёл к Мэтью.
— Надо поговорить. Срочно, — тихо сказал Михаил.
— Подожди. Нужно закончить процедуры, — ответил Мэтью, не отвлекая взгляда от экрана.
— Долго? — спросил Михаил, радуясь удачному моменту изучить документы в шкафу Мэтью, если его дело займёт достаточно времени.
— Минут пятнадцать ещё.
— Хорошо, подожду.
— Не останешься тут?
— Да нет, — покачал головой Михаил. — Подожду в комнате отдыха наверху.
— Окей, — равнодушно ответил Мэтью.
Михаил поднялся на третий этаж и сразу направился к кабинету Мэтью. Дверь, к его удивлению, оказалась открытой. Он осторожно вошёл внутрь и подошёл к шкафу у стены. Аккуратно открыв дверцы, Михаил принялся искать документы, надеясь найти что-то, что могло бы пролить свет на скрытые дела Института.
Его не интересовали личные дела своих коллег. Он искал что-то иное, но бумаг было много, и почти все они касались текущей работы.
В этот момент в кабинет неожиданно ворвался Мэтью.
— Ба! Попался, — громко воскликнул он.
Михаил невольно вздрогнул, застигнутый как кот, решивший стащить еду со стола и пойманный с поличным.
Мэтью, словно проходя сквозь Михаила, неспешно направился к своему рабочему столу в конце кабинета. Сев в кресло, он взглянул на Михаила и сказал:
— Знаешь, почему я тебя выбрал?
— Почему? — в растерянности ответил Михаил, всё ещё держа в руках раскрытую папку, содержание которой он не успел прочитать.
— Мне казалось, ты доверяешь этому миру. Что ты наивен и чист. Но, наверное, ты слишком наивен. Думаешь, тут может быть что-то секретное? Вот так вот просто — в шкафчике открытого кабинета.
Михаилу было стыдно за так легко потерянное к нему доверие. Он не знал, что ответить, опустил руки с папкой, всё ещё держа её, и просто растерянно молчал.
— Стыдно? Ну что ж, есть за что, — бросил Мэтью.
— Стыдно, — честно признался Михаил.
— Ты экранировался от нас. Кто тебя надоумил? Элен? Или некто, с кем ты встречался в Индии?
— Элен, — коротко ответил Михаил.
— Тебе подослали девку, и ты купился, — усмехнулся Мэтью. — Ладно бы адекватную, а она тебе ещё и мозги делает, и ты ведёшься. Дурак.
Стыд Михаила сменился гневом. Он резко положил папку обратно в шкаф, просто воткнув её куда попало, и захлопнул дверцу.
— Это вообще твоё дело? — резко спросил он.
— А ты думаешь, у тебя есть своё дело? Ты метаешься, как пёс за каждой палкой, что тебе бросят, и носишь её туда-сюда, — спокойно парировал Мэтью.
Михаил приблизился к нему и навис над столом.
— А ты плут, что манипулирует людьми в своих интересах! — выпалил он.
Мэтью поднялся из-за стола во весь рост и упёрся лицом в Михаила.
— Ты тридцатипятилетний мальчуган, который играет в игру и не знает своего места. Сядь и успокойся, — жёстко произнёс он.
Михаил оттолкнул Мэтью обратно к стулу, но тот удержался, заняв боевую стойку. Рефлекторно Михаил нанёс удар, целясь ребром сжатой ладони в висок Мэтью, как учили на тренировках. Мэтью ловко увернулся, резко сместив центр тяжести, и оказался сбоку от Михаила, заняв более выгодное положение в тесной комнате.
Михаил сделал шаг в угол, чтобы освободить пространство для следующего удара, но быстро прикинул, что не успеет. Он оттолкнулся телом от стены и резким движением отбросил Мэтью к центру кабинета, выигрывая себе больше пространства для манёвра.
Мэтью, скользнув по полу, только улыбнулся.
— Ну давай! Нападай.