– Огонь нужен, чтобы отогнать нечистую силу. Считается, что ее в этот день особенно много. И да, кроме костра нечисть принято пугать смехом и позитивным настроением – там, где есть радость, демонам места нет.
С этими словами госпожа гид взяла меня за руку и решительно потянула к костру. Вслед за нами к нему вышли еще несколько человек.
– Давайте сделаем хоровод! – крикнула Руфина.
Бабушки и дедушки запели громче, туристы, моментально откликнувшиеся на зов, взялись за руки, и у пылающей чаши начались танцы.
Сначала все мы кружились в одном большом круге, потом хоровод распался на несколько других, поменьше. В центре каждого из них стоял свой заводила в народном жилете и с каким-нибудь музыкальным инструментом, на котором он выводил задорную мелодию.
Устав от плясок, туристы потянулись к мастерицам, что расположились неподалеку на раскладных стульях и плели из шерстяных ниток маленьких кукол. По словам госпожи Дире, эти фигурки полагалось сжечь в радожском костре, пожелав умершим родственникам мира и покоя.
Я тоже взяла себе нитяную куколку, а потом, подумав, прибавила к ней еще четыре. В огонь их бросила по очереди, одну за другой – в память о своей матери и о каждом из членов семейства Солус. Пусть на небесах им будет так же легко и радостно, как мне на сегодняшнем празднике.
Отойдя от пылающей чаши, вдруг вспомнила, что забыла кинуть в костер еще одну фигурку – для Эдуарда Солуса. Однако возвращаться не стала – туристы взяли кострище в такое плотное кольцо, что пробиться к пламени стало нереально.
Затем был обед с булочками, карамельными яблоками и горячим травяным чаем. После этого наша сытая довольная толпа вернулась на площадь – смотреть спектакль труппы баденского самодеятельного театра.
Для удобства зрителей перед сценой были установлены скамейки (лично у меня после радожских плясок ноги устали так, что стоя наслаждаться искусством я была не в состоянии), а тем, кто озяб на ноябрьском ветру, выдавали теплые пледы.
Я смотрела представление и думала о том, что, согласившись на поездку в Ацер, приняла правильное и полезное решение. В здешних местах так много интересного и такая подходящая моему характеру атмосфера, что я смогла бы прожить тут не только две-три недели, но и целую жизнь.
Спектакль окончился как раз в тот момент, когда на Хоску начали опускаться сумерки. После него нас с Руфиной поймала госпожа Мотти. Старушка уже сменила свой роскошный костюм на привычную современному взгляду одежду, и теперь поджидала нас у домика-музея.
– Как вам наш праздник? – спросила она у меня.
– Потрясающе, – с чувством ответила я. – Мне понравилось все – и обряды, и ярмарка, и угощение.
– Приезжайте почаще, еще не то увидите, – улыбнулась бабушка. – Знаете, София, а ведь у меня к вам дело. Помните, вы спрашивали про вампирские сказки? На днях я была в Бадене у своей двоюродной сестры. Ее дочка Танита трудится в городской библиотеке, и я рассказала ей о вас. Танита мне сообщила, что в их фондах есть много старинных книг, в том числе со сказками и преданиями. Правда, из библиотеки их выносить нельзя, поэтому она пообещала сделать с них копии. Вам это интересно?
– Очень интересно, – кивнула я.
– Сегодня утром Тани привезла мне папку с бумагами. Сказала, там все, что она смогла отксерокопировать. Папка сейчас у меня дома. Если хотите, зайдите ко мне на минутку, я вам ее отдам.
– Не думаю, что это хорошая идея, – заметила Руфина. – Девушке нужно возвращаться в Ацер, Зарида. А последний автобус прибудет в Хоску уже минут через десять.
– Ничего страшно, – я махнула рукой. – Меня обещал забрать господин Солус, поэтому я могу немного задержаться.
При упоминании Эдуарда госпожа Дире заметно напряглась. Забавно. За весь день она ни разу о нем не вспомнила и, похоже, вовсе не собиралась заводить о нем беседу.
– В таком случае, сообщите барону, что скоро будете свободны, – сказала она. – Вряд ли Зарида надолго вас задержит.
На телефонный звонок Солус почему-то не ответил. Поэтому, шагая к дому старушки, я написала ему смс. Каково же было мое удивление, когда, подойдя к калитке знакомого аккуратного домика, я обнаружила рядом с ней не менее знакомый шоколадный кроссовер.
Его хозяин стоял рядом, прислонившись к капоту, и что-то внимательно читал в своем телефоне. Должно быть, мое сообщение.
Заметив нас, Эдуард спрятал телефон в карман пальто.
– Добрый вечер, – он вежливо склонил голову. – Я не стал дожидаться твоего звонка, София. Скоро совсем стемнеет, и я решил приехать в Хоску сам.
О!..
Видимо, шлагбаум с проезжей части уже сняли, и Солус увидел, как наша компания направляется к дому госпожи Зариды. Я посмотрела на Руфину. Она казалась строгой и невозмутимой.
– Мне нужно забрать у госпожи Мотти кое-какие бумаги, – сказала я Эдуарду. – Это быстро. Подождешь?
– Конечно, подождет, – ответила за барона старушка, открывая перед нами калитку. – И не на улице, а в доме. Проходите, молодой человек. Становится холодно, нечего на ветру сопли морозить.