– Скажи мне, что это не ты, – прошептала она. – Я прошу тебя… умоляю, скажи, что я не проходила через все это ради предательницы!
Сана ничего не ответила, но в её глазах зажглась искра, которая была сильнее любых слов. Она опустилась на корточки перед Сиварт, чтобы их взгляды встретились. Её руки, слегка дрожащие, обхватили колени, а глаза наполнились слезами, которые она, казалось, сдерживала слишком долго.
– Ты не представляешь, сколько раз я мечтала снова увидеть тебя, – начала она, её голос был тихим, но в нём звучала глубокая боль. – И сколько раз я боялась, что этот день никогда не наступит.
Сиварт молчала, её дыхание оставалось ровным, но в глазах читалась настороженность.
– Эллен… – Сана замолчала, её взгляд скользнул в сторону, как будто она искала силы продолжить. – Все началось с нее. Когда я встретила её, я думала, что она просто соседка, такая же, как все. Но она начала говорить… говорить о вещах, которые никто больше не осмеливался обсуждать. О том, что за пределами деревни есть другой мир.
Она сделала глубокий вдох, её голос дрогнул.
– Она стала для меня чем-то вроде старшей сестры, хотя, может быть, это смешно звучит. Она учила меня видеть, что есть что-то большее, чем лес и капище. А потом… она погибла. Ты знаешь, как она погибла? – её голос стал резче, но не громче. – Её убили. Они…
Сана замолчала, пытаясь взять себя в руки, её лицо исказилось от сдерживаемых эмоций.
– Я начала видеть сны, Астрид, – продолжила она после паузы, её взгляд снова встретился с глазами Сиварт. – Нет, я не стану называть тебя Сиварт или любым другим именем, которое придумали тебе они, – она поправилась, словно пробуя это имя на вкус. – Эти сны были как воспоминания. В них я была маленькой, мы с тобой были вместе. Мы жили в другом месте. Это был не лес, не деревня. Там были большие дома, дороги… всё было таким странным, но знакомым.
Она улыбнулась сквозь слёзы, её голос смягчился.
– Я вспомнила нашу мать. Нашу настоящую мать, Астрид. Она держала нас за руки. Она пела. А потом… потом всё исчезло. Эти мужчины… они пришли, схватили нас.
Сиварт напряглась, её взгляд стал холодным.
– Это были они. Те, кого ты называешь жрецами. Они привезли нас сюда.
Сана наклонилась ближе, её голос стал ещё тише, но в нём звучала такая сила, что он заполнял всю комнату.
– Это не дом, Сиварт. Это клетка. И всегда была клеткой.
Она выпрямилась, вздохнула, словно собирая силы, чтобы продолжить.
– Когда я наконец решилась уйти, я не знала, что найду. Лес казался бесконечным, но я шла, потому что знала, что есть что-то за его пределами. Я шла дни и ночи, пока не вышла к дороге.
Её губы дрогнули, она отвела взгляд.
– Меня нашли… они остановили машину. Они отвезли меня в место, которое называли полицейским участком. Там я рассказала всё: про деревню, про жрецов, про то, как они берут детей.
Она замолчала, её руки крепко сжали колени.
– Они сказали, что искали этих людей годами. Но у них никогда не было зацепок. Ни одного вербовщика, ни одного украденного ребёнка, который смог бы вернуться.
Сана подняла взгляд на Сиварт, её глаза блестели от слёз.
– Я искала тебя, Астрид. Всё это время. Я вернулась, чтобы забрать тебя. Но теперь я не знаю… возможно, я опоздала.
Она замолчала, позволяя своим словам утонуть в тишине. Комната казалась слишком маленькой, чтобы вместить всю боль, которую она излила.
– Нет, – произнесла она, её голос был тихим, но наполненным гневом. – Ты ошибаешься. Ты не понимаешь, что говоришь.
Сана подняла голову, её лицо выражало смесь горечи и усталости.
– Сиварт… – начала она, но та оборвала её.
– Замолчи! – выкрикнула Сиварт, её голос дрогнул, но в нём звучала непреклонность. – Это ложь! Всё это ложь!
Она подалась вперёд, её глаза пылали яростью.
– Я видела их, Сана, – её голос стал шёпотом, но этот шёпот был сильнее крика. – Я видела богов. Я чувствовала их присутствие. Они говорили со мной!
Сана смотрела на неё, её взгляд был полон боли, но Сиварт не могла этого видеть. Её собственное сознание было заполнено видениями, воспоминаниями о капище, о холодных масках жрецов, о тепле крови, текущей по её рукам.
– Эти сны, твои воспоминания… – продолжала Сиварт, её голос стал более уверенным. – Это не правда. Это искушение, Сана. Это то, чем враги пытаются нас сломить. Ты стала одной из них, ты…
Она не смогла закончить. Её голос сорвался, и она сжала зубы, стараясь сдержать слёзы.
– Я видела правду, Сана, – прошептала она, её взгляд был твёрдым, словно в них вспыхнуло что-то непреклонное. – Это они лгут, не боги.
Сана наклонилась ближе, её лицо было всего в нескольких дюймах от лица Сиварт.
– Ты сама не веришь в это, – произнесла она, её голос был мягким, но полным упрёка.
Сиварт хотела ответить, но её слова остались несказанными. В дверь громко постучали, и в комнату вошли полицейские. Они двигались быстро и уверенно, их лица оставались бесстрастными.
– Её время вышло, – сказал один из них, коротко кивнув в сторону Сиварт.
Сана встала, её лицо исказилось от боли.
– Нет, – прошептала она, но никто её не слушал. – Астрид!