Так облажаться могли только полные недоумки. Подумать только, вдвоем не совладали с одним знахарем. Виктор все же развязал рот мужчине, на чьем лице красовался синяк под глазом. Тот сразу же начал путано рассказывать о хитрости пленника, коварно воспользовавшегося лопатой. Виктор не собирался выслушивать историю от начала до конца. Потребовал только сказать время, когда это случилось. Оказалось, с того момента прошел примерно час. Как стемнело, так и сбежал.
Это все, что интересовало талерманца. Он даже не стал развязвать их. Пусть Клиф сам со своими бездарными людьми разбирается. Ворвавшись в штаб талерманец, не стесняясь выражений, кратко поведал о бездарности людей графа.
— Все будут наказаны, уверяю. Можете лично их наказать, — скрывая волнение, уверил Клиф.
— Мне похер на твоих людей, наказывать их еще. Вот где мне его искать? — с претензий спросил Виктор.
Клиф ничего ответить не успел. В дом постучали. Вошли караульный с конюхом. Последний оказался изрядно помят. Оказалось, знахарь увел графского коня. Злой Клиф велел усилить караул, а и собрать всех поровинившимся под штабом.
— Вы бы погоню пустили, ваша милость. Коня не жалко? — вспылил Виктор, когда караульные вышли.
Это было похоже на Клифа. Тот никогда жадностью не отличался. Вот старик Викентий тот скряга, полвойска отправил бы за своим конем.
— В какую сторону гнаться? На юг? На север? А неподалеку проселочная тропа на запад в Эрию. Не переживайте за моего коня. Это не крестьянская скотина, сам скоро прибежит, — небрежно процедил Клиф и глянув исполдлобья, добавил, — Ваше талерманское величество, насколько я знаю, приказ Ее Высочества — навести порядок в Ринском герцогстве. Я его выполняю. Пока неплохо. И я бы попросил вас не мешать мне и моим людям. По поводу знахаря, я вообще был не обязан его задерживать. К мятежу он отношения не имел.
— Ладно, я вспылил. Давайте сядем, успокоемся, — Виктор присел на лежанку у печи, — Вы мне расскажите про него, что знаете. Я сам отправлюсь, и оставлю вас в покое. Больно сдалась мне ваша воинская суматоха.
Клиф присел на скамью. Достал дурман с огнивом и закурил.
— Не знаю я про него ничего. Поговорил раз. Без него забот хватало. Воинская суматоха, как вы сами говорите. Идите к сотнику Гансу Ульмарскому. Тот больше меня знает. Это он им озаботился, его люди за ним ходили, — спокойно заявил он.
Когда Виктор вышел из дома, во дворе уже собрали четырех человек. Ждут назания. Впрочем, эти люди его не волновали. В отличии от сотника Ганса. Старший отпрыск барона Ульмарского всполошился вполне ожидаемо. Что он, что его престарелый отец, те еще суеверные идиоты. И его, талерманца, как огня, боятся. Ганса он в лагере не нашел. Тот окопался в деревенском доме с молодой крестьянкой. Разумеется, выпить тоже успел. Ничего толкогового он не сказал. Только оправдывался. Виктор понял, с этим придурком каши не сваришь. Поговорит с рядовыми. Все равно терять нечего.
Фран и Ванк, казалось, ничего интересного не рассказали. Правда, от него так не шарахались. Клеонская чернь про талерманцев толком не знает, если и услышали от кого, мимо ушей пропустили, тем более, владения Ульмарского на крайнем востоке, прямо перед скалами, за которыми уже море. Глушь еще та.
— Даже описать сложно, я как увидел, чуть не вытошнило. А я охотник, на рогопсов и медведей ходил. Только охотиться одно дело, а пытать на кой? Точно жертвы туманным умертвиям приносил, — последнее здоровяк Фран сказал шепотом.
— А как он трясся за свитки свои, точно колдовские заклятия на них, — выпалил возмущенный Ванк.
Тут Виктора осенило. Опыты над зверьем, трясся над свитками. Наверняка, он помешанный. Беатрис рассказывала, он и раньше был очень увлечен якобы лечением животных, что-то записывал потом. Виктор встречал таких людей. Алхимик, у которого он служил в Аркадии тоже убил бы за свитки. Велика вероятность, Клеонский вернется за своими трудами. В любом случае, если это не так, хрен его он уже отыщет. Как минимум, в ближайшее время.
Он поблагодарил рядовых и поспешил в деревню. Попрощавшись с Клифом, он направился по тракту на север. В деревню Старые дубы. Настолько быстро, насколько позволял туман и темнота. Радовало одно, скакать быстрее ночью Альберт не сможет. Когда Виктор заметил одиноко скачущего на встречу коня, уже светало. Он присмотрелся и отметил на сбруе символику Леонтийских. Эта обнадежило. Значит верной дорогой идет. Наверняка Альберт попробует разжиться хотя-бы клячей, так что заглянет хотя-бы в придорожные деревни. Ну а если тот пойдет пешком, он встретит беглеца уже в его халупе.
