Эрика, несмотря на искреннюю симпатию к аркадийским традициям, этот язык не знала, как впрочем не знала никаких иных языков, кроме родного антарийского и древнего. Да и то, последний она сама выучила, думая, что имеет магический дар. Во дворце ее не донимали с языками. Ее в принципе не донимали с наставниками, считая, что умения читать, писать и считать достаточно для ее хрупкого здоровья. А в Небельхафте у нее появились более увлекательные занятия, чем изучение языков. В итоге сейчас принцесса разобрала только несколько слов, среди которых ясно звучало: Тадеус.
— Виктор, что они болтают про Тадеуса? Они орут так, что весь зал слышал, — шепнула принцесса, зная, талерманец неплохо знает аркадийский.
Он довольно ухмыльнулся.
— Слышал, еще как слышал. Небось стыдно теперь, особе столь благородной крови, не знать ни одного иноземного языка, — не упустил возможности поддеть ее Виктор.
— Пусть они наш язык учат, раз приперлись сюда, — огрызнулась Эрика.
— Как ты там еще говорила, язык оружия понятен каждому…
— …и является лучшим наставником антарийского языка для иноземцев. Именно. А теперь давай рассказывай, что они трепали про Тадеуса?
— Кратко. Подданные Империи глупые невежественные варвары. Знать у нас продажная, за золото готова молиться хоть Великой Матери, хоть Проклятому, а если заплатить больше — даже зад подставят. Смеялись, как наш доблестный Тадеус ходит на ковер в аркадийское посольство чаще чем в сортир, и за звонкую монету делает все, что укажет Его Благородие. Так что учи аркадийский, — в конце талерманец криво улыбнулся.
Принцесса выслушав талерманца, снова обратила свой взор на компанию аркадийцев. Те все так же непринужденно болтали, периодически мило смеясь. А ведь говорят они правду. И люди невежественны, и знать — продажна. Другое дело, они даже не стесняются говорить об этом вслух. А ведь среди купцов и благородных многие понимают аркадийский. Но это лишь подтверждает, дело дрянь.
— Господин, вам что-то угодно? — учтиво обратился к ней аркадиец в алом платье, именуемой у них странным словом тога.
— Нет, простите, — грубо ответила принцесса и отвернулась.
Аркадийцы обернулись, что-то сказали друг другу и вернулись к своей беседе.
— Пошли искать барона, — скомандовала она.
Долго искать не пришлось, Аренский оказался завсегдатаем аркадийского зала. Но увы, в данный момент он проводил время в «Аркадиаэль Маранаэль», то есть в отдельном зале для мужеложцев. Туда мужчины определенных пристрастий приходили поиграть, выпить, перекусить, пообщаться с себе в подобными, если нужно — уединиться, а если не нашлось с кем — там имелся бордель.
— Я туда не пойду, — прошипел Виктор, посмотрев на нее исполобья.
— Меня тоже они бесят, но твою мать, я же не заставляю тебя трахать их или давать в зад, — вспылила Эрика, стараясь не кричать.
— Еще чего не хватало. Но моей ноги там не будет. Во-первых я проблююсь, во-вторых — поубиваю их, в-третьих — я не желаю, чтобы эти говномесы сочли меня за своего, — поставил перед фактом талерманец.
— Думаешь, я не проблююсь, не поубиваю и так хочу, чтобы меня приняли за свою, своего, или хер его знает?
— А тебе что? Ты как раз там своя, — издевательски шепнул Виктор.
— Ты охерел? С какого блядства? Я зад никому не подставляю. И никого в зад не трахаю. Нечем. Было бы чем, скорее бы сдохла, — злобно процедила она.
— Ладно, ладно, я пошутил, не кипятись. Но туда я не пойду. Можешь выгнать меня за это, но разговор окончен, — тоном, не приемлющим возражений заявил он.
— Ладно, жди тут. Я постараюсь быстро, а ты пока послушай, что еще аркадийцы болтают. Можешь даже выпить, — отмахнулась Эрика, понимая, что уговаривать Виктора нет смысла.
Да и понять его было нетрудно. Эрика и сама бы туда не пошла, если бы не желание поскорее добраться до Рикиния, а потом — до Игрока. А талерманец в ее начинание не верит, вот и не готов так себя мучить.
«Постараюсь никого из этих жополазов не убить и даже не покалечить» — обреченно подумала она, и оставив талерманца, направилась к злополучной двери в «Аркадиаэль Маранаэль».
То, что она не увидит в этом месте ничего хорошего, принцесса не сомневалась. Однако происходящее в зале не просто удивило, а шокировало Эрику. А когда ее взгляд наткнулся на целующуюся парочку, ее едва не стошнило. Некоторых господ назвать мужчинами язык не поворачивался. Манеры как у девиц, украшения женские, разряжены как попугаи. Попадались даже наряженные в женские платья, с разисованными словно у шлюх лицами. Только едва проступающая щетина выдавала их истинный пол.
«Твою мать, куда же я попала. Что за выблядки… " — мысленно выругалась она и тут же, вспомнив слова Виктора, осеклась. А она чем лучше? Одевается и ведет себя как…
«Неужели я как посмешище выгляжу? " — закралась в голову мысль.
«Да нет, бред какой-то» — тут же успокоилась Эрика.
