Ему показалось, что подул порыв сильного ветра в лицо, и ветер был жарким. А когда порыв прошёл, двойника не было. А в кармане не оказалось ножа для разрезания бумаги. «Умник мне голову оторвёт, — подумал Майер, — он так любит все эти свои безделушки».
Майер вздохнул, и вспомнил Мерону. «Спасибо, Вейри. Пора и Умнику сказать, что тут не всё так просто. А уж понять, откуда берутся двойники — и вовсе неизвестно, с какой стороны за это браться».
Вон там давилка. А в конце её будет несколько минут очень неприятной работы.
— Нет, приятель, в салоне он не поедет, — Умник указал на складной прицеп. — Всё туда. Прости, я малость суеверный. Покойники должны ехать в отдельном вагоне.
— Ты догадался?
— Старина, ну не настолько ж я тупой. Фантомы говорят, что ты был у меня в кабинете — баллона нет, костюма нет.
— Прости, — усмехнулся Майер. — Не дошло.
— Ничего, — снисходительно поправил очки Умник. — Не всем же быть гениями. Не рассказывай. Ты про оружие, верно? Мне кажется, я что-то понял. Но дай мне самому въехать.
— Пантера. — Вереан стояла перед портативным монитором. — Плановый запрос о статусе операции «Незримая плеть».
«Свернуть операцию», пришёл ответ. Текстом. «Снять программу, обеспечить безопасность Росомахи».
Росомаха. Кодовое имя для Мероны.
— Принято. — Вереан поклонилась. — Конец связи.
А сейчас Пантера убралась в мгновение ока. «Итак, сворачивать операцию. Тут явный второй смысл: ведь если нужно свернуть действительно немедленно, первым словом было бы „срочно“. Что ж, Мерона, вы будете жить, — приняла приказ Вереан. — Благодарите мою принцессу, она подарила вам жизнь. Не впервые отменять такие операции, жизнь очень интересна своей непредсказуемостью».
— Вереан? — Принцесса появилась из душа. И душ был настоящим. — Всё хорошо?
«Всё замечательно, — подумала Вереан. — Мерона пока в безопасности. Без моего присутствия операция не войдёт в активную фазу».
— Всё хорошо. — Вереан зажмурилась, когда её обняли за плечи. «Как ты выросла, моя девочка, очень неудобно бывает, ведь ты чуть не на полторы моих головы выше!». — Всё замечательно.
— Я веду себя недостойно? — Принцесса обняла её крепче и поцеловала — едва ощутимо коснулась губами щеки. Большего помощница ей не позволяла.
— Нет, — улыбнулась Вереан. — Раз спрашиваешь, значит, нет. Это нервы. И… я долго была далеко от тебя. Слишком долго.
Принцесса замерла, прижимая её к себе и глядя в окошко.
— Да. — Вереан махнула рукой, и стёкла потемнели. — Да.
Она не говорила никаких этих романтических глупостей. Только медицинские термины, если нужно было что-то пояснить, или одно слово. «Да» или «нет». И «да» звучало намного чаще.
«Впереди новый мир, моя принцесса, — радовалась Вереан. — Мы покорим его. Мы с вами покорим его, обязательно. Поэтому — „да“. Как перед каждым боем, как перед каждым штурмом».
— Так, — Умник постучал ложечкой по бокалу. — Простите, что беру на себя роль председателя. Господа, у меня тут абсолютно нерабочая обстановка. Я с вами отдыхаю, расслабился дальше некуда, и самое страшное, что мне это очень нравится. Так мы никогда ничего не выясним.
— Может, нам правда нужно отдохнуть? — предположила Тевейра. — Активно. Мы пока ещё не освоились в Институте, да ещё все эти приключения… Может, нам нужно немного прийти в себя?
— Он, — Умник указал на Майера, — пусть скажет. Вы знаете, что именно он помог нам тогда найти мозговые центры, базу роботов? Ладно, Майер, не скромничай. Мы сидели в ту предпоследнюю ночь, уже злые как собаки, потому что давили эту нечисть несколько месяцев, сжигали их генераторы, а они снова появлялись и продолжали лезть. В общем, мы думали, как бы найти то самое уязвимое место.
— И чуть не пришибли меня за советы, — усмехнулся Майер.
— Старина, а ты чего ждал? И вот кто-то, уже не помню, кто именно, предположил искать места, где активность Леса примерно близка к естественному фону, самые незаметные. А Майер посмотрел и оценил: «Хорошая мысль». Так оно и оказалось. Мы искали места повышенной активности, генераторы и всё такое, а генералы прятались и никак себя не выдавали. Лес был их связным в совершенно неприметном диапазоне.
— Чем это нам сейчас поможет? — Майер вновь усмехнулся.
— А тем, что как только ты начнёшь умничать и задаваться, значит готов к настоящей работе.
— Ой, какая прелесть, — улыбнулась Аванте. — Доктор, я вас мигом приведу в форму! — она посмотрела в лицо Тевейры и та кивнула. — Правда-правда!
— Есть одна важная вещь. — Майер постучал ложечкой по бокалу. — У Каэна остаточная «Чёрная петля». Это спусковой механизм той программы, которую попытались в него внедрить. Петлю можно устранить, но тогда пропадут последние улики. А сейчас одному Лесу известно, что может вызвать реакцию. Каждая минута может быть на счету.
