Тупик либерализма полностью

Формулируя принципы своей программы, К. Шлейхер заявлял: «Единственным способом победить радикализм является обеспечение людей работой, и если мы окажемся в состоянии это сделать, то люди, которые сейчас поддерживают нацистов, скоро успокоятся»^{776}. К концу 1933 г. общее число полностью безработных достигло 7,5 млн. человек, или около 40% от общей численности рабочих[99]. Вместе с неработающими членами семей это оставляло не менее 20–25 млн. человек, которые в большинстве своем лишились всяких средств к существованию, ибо пособия ло. безработице получали в годы кризиса только 15% общего числа безработных. Те, кто не получал и этих весьма скромных сумм, оказались перед реальной угрозой голодной смерти^{777}. Примерно столько же рабочих было занято неполную неделю. Да и те, кто по-прежнему был занят в течение полного рабочего дня, получали гораздо меньше, чем до наступления кризиса. По официальным данным, средняя заработная плата немецких рабочих снизилась за 1929–1932 гг. с 53 до 22 марок в неделю, т. е. более чем в 2,5 раза. При этом официальный прожиточный минимум семьи из 4 человек составлял в то время 39 марок в неделю. Что же касается семей безработных, то их положение становилось совершенно безнадежным: лишь небольшому меньшинству из них удавалось перебиваться, получая нищенское пособие в 10–12 марок в неделю, остальные же были брошены на произвол судьбы^{778}. Антикризисные меры Шлейхера были связаны с попыткой ослабить напряжение проведением социальных реформ. По мнению Шлейхера «ни одно антирабочее правительство не могло продержаться — рабочих слишком мно-го»^{779}. Начиная свою программу, новый канцлер отменил решения предыдущего правительства о снижении зарплаты, собирался ввести контроль за ценами на уголь и мясо, начал аграрную реформу — отчуждение 800 тыс. акров земли в пользу 25 тысяч крестьян и безработных, вступил в переговоры с профсоюзами. Шлейхер выступал как против нацистов «профессиональных нарушителей спокойствия», так и коммунистов, как «движения, враждебного государству»^{780}.

Тем не менее Шлейхер настаивал на том, чтобы «облегчить кризисное положение в экономике путем расширения торговли с СССР»^{781}. Кроме этого канцлер поддерживал необходимость государственного регулирования экономики.

В основу плана Шлейхера по борьбе с безработицей легли предложения «Союза земельных общин». Для его непосредственного исполнения Гинденбург чрезвычайным законом назначил имперским комиссаром по трудоустройству Г. Гереке. Последний, обосновывая свой план, утверждал: «Даже самая совершенная система финансового обеспечения безработных не решила бы проблему в целом, лишь широкая программа по трудоустройству могла привести к выходу из тупика. При этом задача заключалась в том, чтобы по возможности целиком занять безработных так, как это означало бы обеспечение им полной зарплаты. Повысив покупательную способность, можно было добиться оживления экономики и увеличения налогопоступлений»^{782}. «План Гереке», по сути, предвосхищал все те меры, которые позже в США предпринял Ф. Рузвельт[100].

План предусматривал организацию важных для народного хозяйства инфраструктурных общественных работ (постройку дамб, осушительные и мелиоративные работы, улучшение коммуникаций с сельскими районами путем строительство скоростных автомагистралей, мостов, энергетических предприятий и т.д.). Осуществление работ должно вестись под единым руководством в соответствии с планом, с привлечением частного капитала, для обеспечения дальнейшего подъема экономики. Финансирование работ должно обеспечиваться за счет ограниченных, беспроцентных кредитов, на основе приоритетов государства и т.д.^{783}. План также включал создание крестьянских и ремесленных поселений вблизи крупных городов, улучшение квартирных условий для наиболее нуждающихся и т.п. Кроме этого, как и у Брюнинга, план предусматривал переселение части безработных на земли разорившихся восточнопрусских юнкеров.

Президент Рейхсбанка Лютер высказался против «плана Гереке», поскольку, по его мнению, он ведет к усилению инфляции^{784}. Против канцлера выступили и юнкера, которым он _г угрожал отчуждением помещичьих земель. Против «плана Гереке» резко выступили Ф. Папен, К. Сименс, Бош, К. Дуйсберг, Имперский союз промышленности, Имперский земельный союз, Имперский банк в лице Шахта. Газета крупных промышленников «Виртшафтсполитише нахрихтен» заявила, что этот «социалистический эксперимент» причинит большой вред экономике^{785}. Папен, в свою очередь, утверждал, что программа трудоустройства Гереке «находится в полном противоречии с нашими прежними убеждениями о необходимости развертывания свободного рыночного хозяйства»^{786}.