— Он и меня всегда уверяет, что караван придет, а больше я ничего не знаю, — говорит дочь.
Тогда они наказывают девушке осторожненько выведать правду.
Девушка идет к циновщику. Перекинувшись двумя-тремя словами, она начинает разговор:
— Эфенди, послушай, скажи мне правду, есть у тебя караван или нет? Скажешь правду — я помогу тебе найти выход, не скажешь — пропала твоя головушка.
Циновщик видит, что на лжи дальше не поедешь, и признается ей во всем.
— Раз так, тебе нельзя больше здесь оставаться. Я дам тебе несколько тысяч золотых, а ты беги отсюда; открой на эти деньги в другом городе торговлю и живи. Умрет отец, я пошлю тебе весть, ты приедешь, и мы снова заживем вместе, если же умру я, то конец веревки будет отрезан, и тогда ступай куда хочешь.
Сказав так, она дает ему пятьдесят тысяч золотых. Ночью, когда никто не мог его видеть, он тайно выходит из дворца и отправляется в путь-дорогу. Долго, долго идет он и горюет о разлуке с женой, вдруг видит на дороге большой камень, садится на него отдохнуть и вздыхает: «Ах!» Из-под камня выскакивает араб:
— Эй, ты зачем меня звал? — спрашивает он.
— Нет, я тебя не звал.
— Как не звал? Ведь ты сказал: «Ах!» А если кто, сев на этот камень, скажет: «Ах!» — я прихожу и исполняю все, что он пожелает. Если у тебя есть какое-нибудь желание, скажи, я исполню!
Человек опомнился:
— Да, у меня есть желание, но я не знаю, сумеешь ли ты его выполнить.
— Ой-ой! Да, что прикажешь, все сделаю.
— Приведи мне караван, да такой, чтобы в нем было семь тысяч вьюков, и в каждом вьюке были разные шелковые ткани да еще тысяча алмазов и тысяча других драгоценных камней и сто тысяч раз по сто тысяч золотых. Ты можешь это сделать?
— Да! — отвечает араб и поднимает камень, на котором сидел человек; под ним оказывается колодец, в нем лестница. А теперь спустимся вниз.
На дне колодца он открывает дверь, и циновщик видит комнату, а в ней сложено кучами золото. Они идут дальше; араб открывает вторую дверь: тут полным-полно алмазов и жемчугов. Идут дальше — араб открывает третью дверь: в комнате светло, как днем, — это светятся драгоценные каменья величиной с яйцо. Посередине стоит стол, на том столе ящичек из хрусталя. Циновщик поднимает крышку, смотрит: внутри кольцо с золотой печатью. Он берет кольцо, надевает на палец и спрашивает араба:
— Что это за печать?
— Эта печать особенная, — отвечает араб. — Кто наденет это кольцо на палец и повернет, тотчас же явится слуга этой печати и сделает все, что только он пожелает; я только страж этого места.
Услыхав это, циновщик очень обрадовался. Он повернул кольцо, перед ним предстал другой араб: одна губа на земле, другая на небе.
— Я желаю, чтобы все эти сокровища ты положил в сундуки, а шелковые ткани связал в тюки, погрузил на верблюдов, составил караван и отвел его туда, куда я пожелаю.
— Хорошо, слушаюсь, подожди немного, я сейчас приду, — говорит араб и исчезает.
Через некоторое время он приводит с собой кучу народа, велит все сложить и вынести вон из колодца.
Затем он раскидывает шатер, приносит циновщику прекрасное, расшитое золотом платье и уходит.
Утром циновщик одевается, садится под шатром и вдруг видит, что вдали показался караван: идет, идет, мало-помалу подходит к шатру и останавливается.
К циновщику подходит араб и целует ему полу.
— Эфендим, вот я и привел караван, а теперь мы пойдем туда, куда ты пожелаешь.
— Раньше я пошлю тебя с письмом к падишаху этого города, чтобы оповестить его о моем прибытии, — пусть он выйдет мне навстречу.
Падишах, прочитав письмо, возрадовался.
— Пусть мой зять прибывает — все выйдут ему навстречу, — говорит он. И весь народ вместе с падишахом выходит из города и ожидает прибытия каравана.
А циновщик тем временем отдает приказ, чтобы караван снимался с места; сам садится на прекрасного коня, и все отправляются в путь.
Когда караван подошел близко к городу, падишах вышел навстречу зятю; они обнимают друг друга и вместе с караваном прибывают во дворец, а вьюки складывают в сокровищницу.
Циновщик собирает тамошних купцов и каждому, кому он был должен, отдает с излишком; потом идет в харем, там тоже раздает подарки и приводит в восхищение свою жену чудесными алмазами и другими драгоценными каменьями.
Вскоре падишах умирает. Собирают горожан, циновщика возводят на престол — он становится падишахом.
До самой смерти он проводит свою жизнь в радости и наслаждениях.
Было — не бывало, а у человека печали было не мало.
Как-то у одного кади была дочь, и была она очень некрасива, да к тому же еще и придурковата.
А напротив жила бедная девушка, которая ходила к ним в дом прислуживать.
И в один из дней мимо дома кади проезжал сын падишаха, увидал он ту девушку и влюбился в нее так, словно у него была тысяча сердец.
Вернувшись во дворец, шахзаде идет к своему отцу и просит:
— В таком-то месте я видел одну девушку, сосватай ее мне в жены.
Падишах соглашается и посылает свою султан-ханым смотреть девушку.
