— Спасибо, — пробормотала Эйра мужчине, хорошо разглядывая его лицо, но не слишком долго, чтобы он не заподозрил неладное. Она начала осматривать толпу, прислонившись спиной к одной из изгородей. Та не казалась такой безопасной, как стена, но выбирать не приходилось. Это дало ей возможность увидеть своего дядю, идущего через дорогу.
Она сделала большой глоток, довольная фруктовым и почти перечным вкусом.
— Это вкусно. — Фриц встал рядом с ней, протягивая свой бокал.
Она чокнулась.
— Так и есть.
— Немного не похоже на то, что у нас есть в Солярисе. Определенно стоит попробовать.
— Так и есть, — повторила она, неуверенная, что еще сказать. Вести светскую беседу с дядей было почти так же неловко, как утром с Калленом. Прошло так много времени с тех пор, как они могли спокойно проводить время вместе, когда ничто не меняло их жизнь, когда он не злился на нее, или она не злилась на него. Сейчас же просто то, что он совершенно безмолвно стоял рядом, заставляло ее нервничать сильнее, чем если бы рядом с ней стоял Столп. По крайней мере, она знала, чего ожидать от Столпа. А что ожидать от ее дяди было совершенно неизвестно.
— Ты нервничаешь из-за следующей игры?
— Я уверена в своей команде.
Теплая улыбка коснулась его губ.
— Я рад, что ты так хорошо ладишь с ними. Я всегда беспокоился, что у тебя недостаточно друзей.
— Трудно заводить друзей, когда все думают, что ты странная из-за «голосов» или собираешься их убить. — Эйра запила горький привкус своих лет, прожитых в Башне, еще одним глотком. Что бы ни случилось… Она не вернется туда, поняла она и одновременно поклялась.
Ее дядя слегка поморщился.
— Твоя способность слышать эхо принесла тебе признание. Что касается того несчастного случая… он не должен преследовать тебя здесь.
— Но это произошло. — Эйра посмотрела мимо людей, столпившихся вокруг. — Так будет всегда, это часть меня. — Каждый сделанный ею выбор, хороший, плохой или ошибочный, будет прилипать к ней, как значки, приколотые прямо к ее плоти. Болезненно и неизбежно.
— Ты так повзрослела.
— Есть такое. — Эйра встретилась с ним взглядом, будто одним взглядом она могла передать все, через что прошла, и все, чему научилась. — Но это не делает тот случай менее неотъемлемой частью меня. По-любому он скорее часть меня. Именно из-за таких ошибок я взрослела. — Даже если она до сих пор работала над тем, чтобы в чем-то добиться успеха.
— Родители будут гордиться тобой, когда встретятся с тобой в следующий раз.
—
Он колебался, переваривая дискомфорт и слова, которые хотел сказать следующими. Эйра собралась с духом.
— Эйра, твои родители…
— Я совсем не хочу говорить о них. — Она допила остатки из своего бокала и поставила его на пустой столик. — Было приятно снова видеть тебя, но я должна пообщаться со знатью, чтобы не разочаровать членов королевской семьи.
— Правильно. Конечно. — Фриц немного сдулся, и чувство вины затопило Эйру.
Девочка, которая выросла, боготворя своего могущественного дядю, положила руку ему на локоть.
— Я уверена, что скоро снова увижу тебя. Тогда мы сможем еще поговорить.
— Если ты захочешь. — Он улыбнулся, но улыбка совсем не коснулась его глаз.
Эйра кивнула и отошла от него.
Они также были теми, кто буквально забрал ее с холода, когда она была ребенком. Они были рядом с ней. Направляли ее. И в то же время подвели ее больше, чем кто-либо другой.
Мысли о семье отошли на второй план, когда она услышала знакомый голос из одного ближайшего павильона. Йемир громко смеялся, продолжая разговор с высокопоставленными лицами Квинта. Конечно, присутствовали Лаветт и Каллен, а также некоторые другие участники команды Квинта.
Любопытство взяло верх, и Эйра обошла сад, зайдя за павильон, чтобы услышать, что они обсуждают.
— … тебе следует приехать летом, когда начнется голубой прилив, — сказал Каллену один из аристократов.
— Звучит заманчиво, — ответил он.
— Там действительно красиво, настоящий образец уникального природного очарования Квинта. — Слова Лаветт казались такими же ухоженными, как живая изгородь рядом с Эйрой.
— Может, вам сыграть свадьбу на побережье, где вас обоих окутает голубой прилив? — предложил отец Лаветт. — Такая свадьба будет достойна будущего верховного министра.
— Никто не знает, кто будет следующим верховным министром, кроме самих людей, когда придет время голосовать. — Слова Лаветт выглядела столь прозвучали неловко. Разве она не должна быть взволнована? Или у нее были свои трения с отцом, связанные со свадьбой? С другой стороны, ее замечание было даже не о свадьбе.
— Я уверен, мы найдем место и время, которыми все будем довольны, — сказал Йемир, похлопывая Каллена по спине. — Разве не так?
