— Я подпишусь, — пообещала с набитым ртом Полина.
— Сделай одолжение.
Как раз к тому моменту, как они расправились с едой, над колоннами Стрелки вдруг вспыхнули самые настоящие факелы.
— Ого!
— «ГосПар» — мечты сбываются, — прокомментировал Феликс, и они дружно засмеялись.
— Никогда не видела их горящими, — призналась Полина.
— Это только начало. Пора и нам зажигаться.
Фел подтащил кальян и уверенно раскурил его.
— И правда. Не обманул кот Багир. Хорошо вышло.
Полина попросила трубку. Приятный сладковатый дым с нотками яблока и лимона окутал её рот и вытек наружу забавной белой бородой.
— Вкусно.
На набережной, заполненной народом, заиграла музыка, мосты затанцевали мерцающими звёздами диодов, и детский голос начал декламировать:
— Я узнал, что у меня есть огромная семья. И тропинка, и лесок…
— В поле каждый колосок, — смеясь, негромко вторил Феликс, — речка, небо голубое. Это всё моё, родное. Это Родина моя! Всех люблю на свете я! Нормально они стих выбрали на детский праздник.
— Ох уж, да уж, — припомнила Полина фильм, в котором звучали эти строчки?.
Неприметная шхуна со спущенными парусами, скромно стоявшая у крейсера-музея, вдруг пришла в движение. К изумлению Полины она вошла в акваторию, развернув багряные полотна на мачтах — красные паруса наполнились ветром, сделав корабль похожим на диковинную бабочку или летящую жар-птицу. Полина ахнула, глянула с открытым ртом на Феликса, чтобы убедиться, что он видит то же самое, но кот продолжал довольно улыбаться. Он уже к такому привык.
Чудесное судно в красках зари поплыло через поднятый мост, степенно дошло до Теремной пристани, постепенно облачаясь бортами в цвета флага Родины, погуляло там и отправилось назад.
— Репетиция чем хороша? — прокомментировал Феликс. — Они ещё раза три повторят.
— Ух ты! — восторгу Полины не было предела. — Почему в Балясненских школах такого праздника нет?
— Это Невик, детка, — разумеется, напомнили ей. — А ты разве плохо училась, и тебе не прислали приглашение в Хог… На паруса?
— Я больше налегала на гобой. — Полина вспомнила свои тройки по физике и истории.
— А я вот, представь, плавал.
— Плавал?
— Да. На нём. — Фел качнул головой в сторону набережной.
— Как это? — ахнула Полина. — На него же не сажают!
— В мой выпуск сажали. Особо отличившихся.
— Отличившихся?
— Детка, — приосанился Фел, пуская носом ручеёк дыма, — перед тобой создатель города будущего, призёр муровых юниорских проектов! А мой друг был многократным победителем всеродинских математических олимпиад. — В его голосе появилась перчинка тоски. Он обратил взор на кораблик. — Нас было пятеро неразлучных друзей. Двое умных и трое долбо… Кхм, извините мой фретцийский. Один выпуск. Сверстники. Мы с Маркушей получили приглашение на сам корабль, куда пускали или наибольших задротов, забивших на детство ради достижений, или таких спонтанных умников, как я. Что ж. Нам удалось протащить через охрану и пацанов. Все поплавали. Было море счастья. Казалось — впереди только благосклонность Бастет. Как же мы ошибались…
— Постой! — Полина поперхнулась яблочным вкусом. — Как это вы провели друзей через охрану?
— В капюшонах курток… Сказали, что это наши питомцы.
Феликс внезапно осознал, что сболтнул лишнего и потряс волосами, сбрасывая ностальгию.
— Извини. Несу бред. Меня накрыло. Забей.
— Фел, — Полина тронула его за футболку с черепами. — Всё в порядке. Я знаю, кто вы с Астой. И что есть другие.
— Вот как? Да ты прошаренная, крошка, — кот улыбнулся шире. — Я и не прячусь особо.
— Я заметила. А почему?
— Ну во-первых, мало кто способен поверить. А во-вторых: кому какое дело. Байки и реальность сильно отличаются. Серебро, смотри, у меня в языке, и я живой! — Феликс похвастался серёжкой в виде маленькой четырёхпалой лапки. Полина приняла затяжку на половину вдоха, притянула его к себе за затылок и выдула дым ему в рот.
— Мр! Да ты готова. Неужели, это предполагалось?
— Ты не против?
— Я всегда за.
? — по сюжету фильма «Брат-2» киллер Данила Багров читает этот советский стишок и расстреливает противников.
Его руки-лапки легли ей на ягодицы, тонкие губы овладели губами, собирая с них помаду и сладкий дым. Волнение ударило по черепу, кровь прилила к щекам и низу. Язык обмыл серёжку и утонул в кошачьей глотке. Феликс издал мурчание, мягко прикусил Полину за нижнюю губу. Игриво потянул на себя.
— Эй, укус оборотня тоже миф? — Полина облизнулась.
— Если только ты не бешеная. А в тебе гуляют бесенята. И тогда я стану рыжим пламенем, мр, — прошептав это, Феликс настойчивее проник в рот Полины языком. Настолько глубокий и сильный поцелуй ей ещё никто не дарил. Полина прогладила выбритый висок Фела, подхватываясь, и оседлала его на мате.
