Юра тоже направился за дудкой. Он не успел вдеть беруши. Видя мужа под действием волшебства, Полина чуть не прыснула смехом, но сумела подавить порыв. Ей надо было что-то делать с этой подвластной ей ордой. Но вот куда их отвести, чтобы доказать свою силу? Окрылённая успехом, она повернулась к крысам спиной и повела стаю в самую широкую магистраль. За ухом лавиной донесся стук подошв и коготков о кладку — полный состав слушателей двинулся на ней. Полина ускорила шаг и темп игры. Спереди из трубы к ней тоже спешили любопытные крысы, улавливали музыку, застывали очарованными столбиками и примыкали к шествию. Тут у неё перед носом помахали рукой, и Полина обратила внимание на Борьку, шествовавшего рядом. В хитрых глазках второпомётного светился разум, а в ушах желтели столбики беруш. Он когтем поманил Полину в нужное ответвление коллектора. Та благодарно мигнула, не прерывая игры. От марша стало жарко внутри, как от хорошей тренировки. Она заметила и Венедикта Карловича, идущего рядом с Юрой. Тот мечтательно озирался, наслаждаясь зрелищем шествия собратьев, зачарованных невесткиной игрой. Потом достал из кармана первенца коробочку с берушами и вдел тому в слуховые ходы. Юра вздрогнул, проморгался, как если бы внезапно вынырнул из сна и, встретившись глазом с отцом, прыснул приглушённым смехом в ладонь. Венедикт Карлович приложил палец к губам с донельзя довольной улыбкой.
Да, у стаи Невгорода и впрямь появился шанс на спасение.
Полина по указаниям Борьки вела очарованных крыс то в один поворот трубы, то в другой, и в конце концов вывела к морю недалеко от того места, где они играли во фризби с Миланой. Занимался рассвет. Щиколотки Полины шлёпали в холодной, тронутой охрой солнца воде. Юра, видя это, приблизился к жене, молча подставил шею и принял её на плечи. Продолжил шествие в залив. Эрфольг, его разодетые беты и вся крысиная рать покорно следовали за Альбрандтами. Когда вода дошла Юре до пояса, тот остановился и посжимал державшей рукой бедро жены, прося прекратить игру. Полина довершила проигрыш и убрала шалмей от губ.
Плеск волн и крики чаек стали той тишиной, что вернула публику в разум.
Эрфольг испуганно заозирался, понял, что стоит по грудь в воде, обратил морду на обескураженных бет. Те тоже не могли понять, как оказались здесь. Полина смеялась на плечах у мужа, сжимая шалмей, пока утренний бриз пушил её огненные волосы.
— Das ist Scheissdreck!!! — капризно взвизгнул альфа и поспешил на берег. Крысы опомнились и ломанулись за вожаком, Юра вытащил затычки из ушей и шепнул жене:
— Нас или кастрируют, или наградят, одно из двух.
— Сын, я лицезрел исторический момент, — с торжеством сказал Венедикт Карлович. — Если пророчества сбываются, значит всё идёт, как надо.
— Albrandt!!! Komm zu mir, schnell!?
Юрец аж подпрыгнул и с Полиной на плечах, брызгаясь, потрусил пред очи альфы. Спустил жену на песок. Эрфольг, красный от злости, содрал набрякшую буроватой водой рубашку и со всей дури отхлестал первопомётного гамму-один по щекам. Альфа выглядел здоровенным, как машина, и неудержимым, как морской шквал. Полина сжалась, не смея встрять.
— Du, einaugiger Mistkerl! Hast du gedacht, dass du alles kannst??
— Рауль Евгеньевич, вы видите, это наше спасение!
Юра смиренно утёрся и поправил съехавший протез. Эрфольг подлетел к Полине и испепеляющим, полным ненависти взором вытаращился на неё. Пришлось замереть и выдержать переглядки. Мышечный зверь, полный опасности, в открытую, не стесняясь бледного, как рыбья косточка, мужа, угрожал ей. Полина стояла и молила коленки не трястись. Чувство, что альфа одним махом может вскрыть ей горло, долбилось кровью по нервам. Но Эрфольг сменил гнев на милость и вернул хищному лицу выражение скучающей снисходительности.
— И ты сможешь так играть перед частями альянса, самка Альбрандта?
— См-могу, — выдавила Полина.
Он повернулся к ней шерстистой спиной, будто больше не интересовался. Прищурился на Альбрандта, подойдя вплотную, и оскалил рот. Юрец вытянул подбородок вверх, подставляя альфе шею — Полина поняла, что это знак глубокого подчинения, и её ненависть к Эрфольгу возросла десятикратно. Она ничуть не жалела, что выставила альфу в дурацком свете перед подданными!
Так ему и надо. Губы приготовились принять трость шалмея, приблизь Эрфольг поганую пасть к Юриному кадыку на жалкий миллиметр!
Юра терпеливо сглотнул. Альфа убрал резцы.
— Действуйте, — последовало разрешение. — И… Вон с глаз. План обороны предложишь Штольцу. — Русая голова мотнула на снулого мужика в обвислом костюме. Юра склонился:
— Аkzeptiert.
Альфа невгородской стаи щёлкнул когтями, и его подручные устремились за ним в трубу. Остальная шушара потянулась следом. Отец Альбрандт с младшим сыном мигнули Юрцу, давая знать, что отправляются за новостями. Скоро на пляже остались только Лапки и трубадур. Не говоря ни слова, Гера подошёл к Юрцу и крепко обнял их с женой.
— Я думал, тебе конец, брат.
— Я тоже.
Эрик невдалеке удручённо вздохнул и покопал песок ботинком. Полина чмокнула Шарнхорста в небритую щёку и коснулась Юриной мокрой рубашки.
