— Вы за деньги ей помогаете? Или проспорили что-то? Вы коллега с работы, да? — затараторила Дора, пока собирала мне зелень.
— Бесплатно и от души, да, можно сказать коллега. — Он тут нахмурился и задал следующий вопрос. — А что, Рейни спорит с кем-то, и кто проигрывает становится ее грузчиком?
— Нет, — усмехнулась Дора. — Вы — первый грузчик!
— О, какое почетное звание, — рассмеялся капитан.
— Но иногда она спорит. Однажды она пришла на рынок с зелеными руками. А когда я спросила, что это, то сказала, что проспорила друзьям, и ей пришлось купать пельмени в зеленке.
Она звонко рассмеялась, а Эндари смотрел на меня удивленно.
— Дора, хватит болтать, — заворчала я.
Девушка отдала нам пакет, я расплатилась с ней. Мы еще побродили по рынку, купили фрукты и пошли домой. Словно это был обычный наш день.
— Купала пельмени в зеленке? — спросил Эндари по пути.
— Я же должна объяснять разные странности от своей работы. Например, когда обрабатывала йодом Николетт, руки по локоть были в нем.
— Но зеленка?
Я закусила губу.
— Это правда. Нам было тринадцать, и я действительно проспорила.
— Интересно, как ты проиграла.
— Это большой секрет, — заговорчески ответила я.
— Давай я расскажу мой, а ты свой, — предложил он.
Я хотела оборвать наш диалог, но что-то дернуло меня кивнуть ему.
— Однажды я забрался в кабинет к отцу и нашел его печать для приказов. Я напечатал на принтере распоряжение о том, чтоб мне готовили весь день хрустящие баклажаны и поставил печать. Отдал его заместителю и… люди из отряда действительно по очереди готовили мне весь день. Когда отец узнал, он сначала разозлился, что я так сделал. А потом похвалил за смекалку и что незаметно смог пробраться в кабинет. И сказал, чтоб я использовал свой ум и умения в следующие раза по назначению.
— Ну… Это не секрет.
— Я никому не рассказывал об этом происшествии. Так что?
— Ладно, — сдалась я. — Мы с Николетт и ее братом спорили, кто из нас быстрее поцелуется с кем-нибудь.
— Так. — Его глаза озорно блестели, глядя на меня.
— Вышло так, что Николетт поцеловала какого-то ровесника на улице у школы, просто так. А Лоуренс, он старше нас на пару лет, поцеловал Мэри из гильдии. Они тогда повстречались еще пару недель. И я осталась последняя. Они мне дали шанс, идти поцеловать нашего тренера, тогда засчитается.
— О, тебе надо было какого-то мужика?
— Не совсем, ему было семнадцать, и он был хорош собой. Я тогда подкараулила его в кабинете экипировки, он собирал набор для задания. О, как сейчас помню его испуганные глаза. Девочка тринадцати лет пришла и накинулась на него. Он сразу понял, что я хочу сделать. — Я надула губы, когда перевела дыхание от рассказа. — Он отстранил меня и сказал, чтоб я не приставала ко взрослым дядям. Мне было так стыдно. Я целых два занятия боялась смотреть ему в глаза!
— А потом?
— Потом прошло. Я сразу после этого побежала и поцеловала на рынке какого-то торговца в благодарность за свежие яйца. — Я увидела, как Эндари поперхнулся. — Я омлет собиралась делать. Ничего такого. Но было поздно. Я проиграла все равно. И в общей столовой налила полную кастрюлю зеленки и купала в них пельмени. Когда Нитта узнала, назначила нам штрафные всем, мы прибирались в столовой всю неделю.
— Какой кошмар. Тренер, наверное, потом пожалел, когда ты подросла? — спросил он странно смотря на меня.
— Нет, он перевелся в другую страну, стал детским тренером. Оставил это дело ради своей невесты. Они тогда встречались.
Эндари тихо рассмеялся, и я расслабилась, подхватив его смех.
— Ты веселая, — вдруг сказал он серьезно.
— Только с друзьями, — покачала я головой. — И я больше не делаю таких глупостей. Я же взрослая.
Он снисходительно посмотрел на меня с высоты своего роста и ехидно покивал головой.
— А еще ты добрая, ты мило общаешься со всеми на рынке. Они к тебе тянутся.
— Должно же быть в моей жизни что-то нормальное, — пожала я плечами.
Мы уже почти пришли домой, поднялись в квартиру и разулись. Я прошла на диван и вытянула ноги.
— Поставь овощи на стол.
— Я помою их, — вызвался он.
— Ладно.
— Почему кстати ты ходишь на рынок, а не в магазин. Это дольше.
— На рынке всегда вкуснее продукты.
— Сейчас это мало кого волнует.
— Меня волнует, — ответила я.
Эндари разобрал пакет, вымыл овощи, фрукты и травы. Разложил ингредиенты на столе, а фрукты отправил в вазу. Он взял рюкзак что-то достал и подошел ко мне.
— Держи.
— У меня есть возможность оплачивать свои продукты, — ответила я, глядя на деньги.
— Но я же живу тут, трачу твою воду, и ем… Или ты не собиралась меня кормить?
— Ерунда, ответила я.
Я прошла мимо него в свою спальню, чтоб переодеться.
— Тогда в следующий раз куплю продукты я, — услышала я голос из-за двери.
— Мне имеет смысл спорить? — спросила я.
— Только если тебе доставляет это удовольствие, маленькая упрямица.
Я переоделась в серые летящие штаны и темно-синюю свободную шелковую футболку. Ткань приятно дышала, я с удовольствием бы хотела лечь на кровать. Но живот адски бурлил и просил ужина.
Я вышла в комнату, Эндари окинул меня странным взглядом.
— А ты точно сможешь готовить?
— Кто-то же это должен делать.
