— Вот, как? Может мне прямо сейчас раздеться?
Я резко сняла с себя верхнюю рубашку и осталась в майке и брюках, Эндари похлопал глазами, а затем ухмыльнулся.
— Раздеваться для массажа не обязательно. Но тебе, видимо, хочется это сделать. Я бы тоже на твоем месте хотел, будь я такой же красивой девушкой.
— Мне? — осеклась я, поняв, что за глупости творю. — Нет. Тебе показалось.
— А я считаю, кто-то хотел показать свое отличное телосложение и похвастаться. Поверь я и так сражен тобой.
— Да ну тебя!
Я встала и пошла в ванную смыть с себя дорожную грязь. Дом, милый дом. Моя ванная, блестящий кафель, приятный аромат макадамии.
***
На следующий день Эндари уехал в командировку, сказав, что вернется через неделю. Дни потянулись своим чередом. Я ходила в гильдию, изготавливала яды, пополняла запасы лекарств, проверяла анализы коллег, следя за тем, чтоб ни у кого не было никаких отравлений. Яд мог проявлять себя и позже обычного.
Николетт уже встала на ноги, но ее задание закончилось — реликвию, все-таки, перевезли в Хэлию на год. Она заходила ко мне в кабинет, мы болтали о разном, жизнь возвращалась в свою калею.
— Одну буйную вишню и один джин с лимонкой, — подмигнула Николетт бармену.
Мы только что пришли в «Тигры в клетке» и сразу же заказали по коктейлю. Николетт сегодня обвела губы темно-фиолетовой помадой, а ее глаза иронично поглядывали на меня.
— Ну? — спросила она.
— Что?
— Что значила та смс? Я хочу услышать лично.
Нам принесли два бокала, один как винный, где плескался бордовый напиток Николетт, и мой в бокале мартини. Я отпила кисло-горький напиток, из-за чего слюна стала вязкой, и я слегка поморщилась.
— Я провалила задание влюбить в себя ассасина и влюбилась сама. Я признаю, как ты и сказала.
— Хм… Расскажи про поездку в Карос. Как ты поняла это?
Я медленно рассказывала, как будто слова были конфетками, которые я бережно раскрывала из фантиков и угощала Николетт. Иногда я закусывала губу, иногда отпивала от коктейля, но продолжала рассказ под внимательным взглядом синих глаз Николетт.
— Ты не провалила задание, — изрекла она после всего, что услышала.
— Разве?
— Он тоже влюбился.
— Нет, Николетт.
— Да, Рейни.
— Даже если и так, я уверена, что у нас разные понятия влюбленности. Для меня — это редкое что-то, а для него… Может он в каждую слегка влюбляется между делом. Я же не наивная дурочка, Николетт.
— Здравый смысл есть в словах, я не буду переубеждать тебя. Сама не знаю ответов. Но… насчет тебя. Ты ведь уже влюблялась…
— О чем ты?
— Ты думаешь я слепая? — Она в упор глянула на меня.
— Ты знаешь про Лоуренса?
— Я с самого начала знала, видела твои скромные взгляды украдкой.
— Надеюсь, он ничего не знает?
— Конечно нет. При нем ты очень хорошо себя контролировала.
— Слава Судьбе! Я раньше думала, что мы предназначены друг для другая, что после всех этих романов он увидит меня и все поймет. Что счастье было рядом.
— Да, я так и предполагала, что у тебя такая чушь в башке. Влюбленность в Эндари, конечно, усложняет тебе жизнь. Но хоть эту бредятину выкинула из головы.
— Почему ты со мной об этом не говорила? — спросила я подругу.
— А смысл? Эмоции не прошли бы, ты бы только закрылась от меня, продолжив верить в свою правду.
— Почему ты такая мудрая?
— Вишня цветет рано, ягоды зреют поздно, — отсалютировала она мне бокалом.
Мы разошлись в десять, и моим мечтам о здоровом сне снова не суждено было сбыться.
Была полночь, когда я получила срочный вызов в гильдию. Все как обычно, звук телефона, сбор за пять минут, закрытие квартиры. Ноги сами меня несут к знакомому зданию.
Это была Мэри. Я обнаружила ее еле стоящую на ногах, когда я подхватила девушку, она буквально рухнула на меня. Ее ногти почернели, а вены вздулись. Я затащила ее в кабинет и уложила на кушетку. Я взяла на анализ кровь и не поверила глазам. Ее отравили ядом, который, я думала исчез. Его изготавливал клан Никас, но видимо у кого-то остались еще последние образцы. Но зачем ее отравлять именно этим ядом? Не самый быстрый, но верно убивающий, так как его почти невозможно остановить.
Я стала раскладывать его на составляющие, стараясь действовать быстро. Анализировала компоненты и подбирала противоядие, надеясь, что сработает. Я замерла перед добавлением последнего ингредиента, но немного подумав вылила туда колбу с редкой кровью. Жидкость зашипела, и я влила всю бутылку в приоткрытый рот Мэри. Она стала приходить в себя, а цвет лица становился более здоровый.
У меня чуть отлегло от сердца.
Я померила давление, пульс. Все приходило в норму. Написала отчет Нитте официальный и… приписку от меня. Не очень хочется допросов, если узнают, чем ее отравили. С другой стороны, если не раскрыть яд — тоже так себе история. Черный коготь — запрещенное вещество, с гибелью клана Никас его запретили, так как к нему сложно подобрать противоядие. Практически невозможно.
Это уже будет Нитта решать, что делать с этой информацией.
Я устала, но несмотря на это все, зачем-то пошла к мосту, как будто я знала, что мне нужно там быть. А может я просто еще раз хотела взглянуть на место, изменившее мою жизнь еще раз.
