— Э, нет. Не дура, дрянь она просто редкостная, — не согласилась та, которая старше.
— И то, и другое. — не стала спорить младшая. — Такой муж ей достался золотой, такие детки замечательные, а она что? Только и знает, что любовников в постель таскать, да на кровати валяться! Хоть бы что полезного сделала, так ведь ничего не умеет и уметь не хочет!
— Кто другой бы ее давно вожжами поучил, а капитан, небось, и не видел, что эта дрянь творит, пока он в море-то ходил!
— Наверняка! Бедный эрр Стоун!
— Бедные дети! Он-то в море, да в море, а они завсегда при мамашке, да такой… ох, как есть — шалава подзаборная!
Вот на том согласились обе высокие договаривающиеся стороны. И отправились на кухню, поддержать эрру Клару. Вот не повезло девке с матерью-то! С такой и врагов не надо, сама в беду втравит!
Тьфу, дрянь какая!
Два корабля стремительно сходились друг с другом.
«Красная барракуда» по воле шторма осталась в одиночестве, и сейчас держала курс на Шагрен, а Дерек… Дерек просто рыскал по морю, словно бешеный волк, вот и сошлись две волны, вот и столкнулись.
Лоб в лоб, жестоко и отчаянно.
Первым выстрелом «Крылатый» снес «Барракуде» бушприт. Корабль потерял управление, и начал заваливаться под ветер.
Капитан горестно взвыл, и вцепился в руль, но надолго это не помогло. Следующий выстрел Дерека был так же удачен — камень пронесся по палубе, сметая матросов, калеча людей и ломая доски.
«Барракуда» попробовала ответить, но то ли у катапультера рука дрогнула, то ли судно дернулось — ядро пролетело слишком высоко, разве что парус «Крылатому» продырявило.
А что толку с того паруса? Вон он как маневрирует! Уже почти рядом… еще один выстрел, на этот раз ядро было смочено в чем-то горючем… да-да, делали и так. Обматывали снаряд пенькой, вымоченной в земляном масле, а перед выстрелом поджигали.
И не остановишь такое, и не отбросишь, а повезет, так и загорится что-то на корабле… и Дереку повезло. Ядро врезалось в грот-мачту, и остановилось, и продолжило гореть… огонь грозил перекинуться на паруса, матросы кинулись его тушить, капитан замешкался и прозевал момент, когда матросы Дерека, стоящие на носу, метнули абордажные крюки.
Железо с хрустом впилось в доски борта, послышался треск, но веревки выдержали — и пираты с криками ринулись на палубу «Барракуды». Ох, не зря Марк был до конца уверен только в себе и в капитане «Зеленой барракуды». Капитан «Красной барракуды», хоть и был хорошим моряком, и храбрым человеком, но против Дерека это было, как кошка против волка. Хоть ты какой храбрый, да сила не та…
Закипела схватка.
Бурная, жестокая… кровь лилась потоком, Дерек сам перепрыгнул на чужую палубу, хмелея от соленого привкуса на губах.
Море — или кровь?
Неважно!
Важно убить, уничтожить врага! Чтобы на крашеные красным доски лилась алая кровь, чтобы брызгала, чтобы хоть ненадолго чужая боль заглушила его собственную…
Так — легче!
Вскоре все было кончено.
Пираты добили последних защитников, и принялись потрошить трюмы, хотя там мало что удалось взять в добычу. «Барракуды» строились не как купеческие лоханки, они были более узкими и быстрыми, если бы не потрепавший корабль шторм, может «Барракуда» и уйти бы попыталась. Хотя «Крылатый» все равно лучше.
Дерек оценил состояние корабля, посмотрел на палубу, которая продолжала гореть, и махнул рукой.
— Затопить! Идем дальше!
Пираты спорить не стали.
Один корабль им уже достался призом, и с хорошим грузом, а «Барракуда»… туда ей и дорога! На дно! Вместе со всем экипажем!
Крови в воде хватает, акул долго ждать не придется.
Дерек приказал продырявить дно у корабля, и отчалил, не дожидаясь, пока вода закроет его полностью. В воде уже кружили акулы, несколько матросов, которых не добили по чистой случайности, были обречены.
Марк получит пощечину. Остальное Дерека не интересовало.
Он искал врага!
Эрр Демьен ждать себя не заставил.
— Ты гневаешься, о великий король. Приказать сюда плаху? Будем рубить головы?
Иоанн мотнул головой. Он уже успел глотнуть вина, да и остывал он быстро. Если сразу не убил, потом всяко обойдется.
— Иди сюда, Рене. Сядь, выпей.
Шут повиновался, и вина себе налил, правда, стоило Иоанну отвернуться, как половина кубка тут же отправилась под кресло. Ковер стерпит, а шутам пьянеть не полагается, они не короли, у них работа трудная, мыслительная.
— Рене, тебе не кажется, что Мария изменилась за последнее время?
— Сильно изменилась, ваше величество.
— Вот! Ее как подменили!
Рене качнул головой.
— Иоанн, ты бы такое заметил! Лошадь — и то незаметно не подменить, а тут целая королева!
— Понимаю. Бред какой-то, но я действительно свою жену не узнаю!
Рене пожал плечами.
— Всяко бывает. Знаю случай, баба до смерти мужа была гулящей, а стала жутко набожной. Другая после одного случая, напротив, из дома ушла в бордель, третья мужа бросила ради рыбака, узнавал недавно, шестеро детей, рыбой провоняла по уши, но счастлива… загадочные они — бабы.
— Гадины они! Мария такой тихоней была… притворялась, поди!
