Кое-как опустился на колени, старался дышать тихо и неглубоко, голова у него кружилась, мужчину впервые за столько лет затошнило, как беременную дебютантку! Еще немного и в обморок свалился бы.
Повезло.
Ночной ветерок принес такой мощный аромат нечищеного свинарника, что подействовало не хуже любой нюхательной соли. Хоть ты запах ломтями нарезай, да в банки складывай.
Какая скотина так свой двор запустила?
Убил бы!
Нет, расцеловал!!!
Феликс получил отличное образование, да и его величество Саймон поощрял юношескую тягу к знаниям, так что о двуипостасных мужчина знал.
И про слух, и про нюх…
Учуяли бы. Запросто.
Или услышали, но это город, это улица, тут хватает и шума, и вони, и чего пожелаешь…
Двуипостасные!
Старинная легенда, которая воплотилась перед его глазами.
Благословение Многоликого!
Феликс кое-как отлепился от стены дома, и поплелся обратно. К себе.
И то, что он дошел без приключений, он тоже мог считать благословением Многоликого. Его не убили, не ограбили, с ним ничего не случилось, а ведь мужчина был в таком состоянии, что даже сопротивляться бы от шока не смог.
Кое-как он упал у себя в комнате на узкую неудобную кровать, и принялся ровно, размерено дышать, как учили.
Вдох — выдох. Разгонять по всему телу воздух и кровь, чтобы они равномерно смешивались в жилах, чтобы порождали тепло, чтобы тепло расходилось от макушки до пяток…*
Потом мужчина понял, что толку не будет, что мысли крутятся в голове, как стадо бешеных шершней, что ему становится просто плохо…
Плюнул на все, залез в сундук, в котором держал флягу с крепчайшими винными выморозками, и сделал несколько хороших глотков.
Это помогло.
Не размышлять, а уснуть покрепче. А утро, как известно, будет мудренее вечера.
Многоликий!
Змея!
Кошка!
Так… где тут фляга?
Молоко было вкусным, хлеб свежим, так что и королева закусить не отказывалась. За столом Мария рассказала о себе… кое-что.
— Я действительно эрра. И мой муж этому ребенку не обрадуется, поэтому надо бежать.
— К родным? — поинтересовалась повитуха.
Мария качнула головой.
— Нет у меня родных. Даже не так, они есть, но для них мой ребенок тоже станет разменной монетой. Всем нужен наследник, а не я. Если получится так, что у меня девочка…
— Я пока не чувствую, кто у тебя там… — Тина пристально смотрела на живот Марии.
— Так рано же! Может, к третьему месяцу, не раньше, а пока там просто зародыш, — пожала плечами Мария, которая этого научпопа наелась в своем мире по уши. УЗИ, рентген, ХГЧ — чего только не наслушаешься. А тут все по обонянию, все по крови. И кстати — ничуть не хуже, потому что обоняние у кошки намного острее, чем у человека. Знаешь, что искать — найдешь!
— Так, — повитуха серьезно задумалась. — Получается, что бежать тебе надо, а вот куда и зачем? Будешь всю оставшуюся жизнь прятаться?
Мария едва не фыркнула.
Прятаться в этом мире?
Да запросто! Здесь из паспортов только честное дворянское слово, а идентификация… ага, как же! Тут и не сообразят, о чем ты, не то что — поймут и сделают. Документов нет, паспортов нет, отпечатки пальцев не снимают, про скан сетчатки вообще можно не поминать — подумают, что это матерное ругательство. Тут и удрать, и ассимилироваться в глуши можно легко. Проблема другая.
Статус.
Эррой в этом мире жить лучше. И есть еще Анна, она не имеет права лишать ее этого статуса. А вот эррой так просто не прикинешься, необходимы хоть какие бумаги.
Фальсифицировать?
На это нужны деньги, да и знать, к кому обратиться надо, не то такого тебе напишут, не расхлебаешь потом!
Спрятаться легко. Беда в том, что всю жизнь так прожить не получится. Но хотя бы спокойно родить ребенка, выкормить до года и собраться с силами, для новой драки. Вот это — со всем ее удовольствием.
Мария понимала, что тучи сгущаются, и хотела взять оперативную паузу. А что там подумают ее враги? Да пусть думают! Думать вообще полезно! А уж если головой, а не задним местом…
— Всю — не буду. Но хочу спокойно родить ребенка, хочу пару-тройку месяцев его покормить, чтобы укрепился, а уж потом и возвращаться можно. Ты что-то знаешь о беременности у двуипостасных?
— Читала. Интересно было. Ты не переживай, ты оборачиваться можешь, сколько угодно, ребенку никакого вреда не будет. Бывали случаи, когда и в этой форме рожали, только вот после рождения ребенок сразу в человека превращался. Мать оборачивалась, малыша на руки брала, и он человеком становился.
— Фууууу… уже легче! А изменений никаких не пойдет на ребенка?
