- А дальше что было? - Женька с Борей даже вперед подались в нетерпении, чем вызвали немного усталую улыбку на губах девушки. Выдержав паузу, необходимую для того, чтобы выпутаться ненадолго из уютных объятий мужа и сделать глоток горячего шоколада, рыжая усмехнулась.
- А дальше было то, о чем вам, оболтусам, знать не положено. - Ответом послужил коллективный разочарованный вздох. Они порой были еще такими детьми, эти ребята. Но за два с половиной года, успев узнать каждого из них достаточно близко, Лана любила их всех, словно братьев. И прекрасно знала, что любой встанет горой за нее, если кто-то посмеет обидеть их звездочку. Ценила это, бесконечно тронутая подобной заботой. Просто потому, что тогда ей было сложно оставить привычную жизнь за спиной, буквально ринувшись как в омут с головой, в эти отношения. Но ведь любила, безумно, страстно, так как никого и никогда, и ради этой любви пожертвовала всем, что было дорого. А они спасали, не раз. Вытаскивали со дна самой темной депрессии. Возвращали желание бороться дальше, и снова идти вперед... Да, она могла многое им доверить. Но интимные подробности той ночи, перевернувшей ее жизнь с ног на голову, она предпочитала оставить при себе. Хотя при одном воспоминании о произошедшем становилось жарко.
- Так не честно! Разворошила тут нашу фантазию, понимаешь ли. И остановилась на самом интересном. Ланка, ты - садистка!
- Что есть, того не отнять. - Ее немного клонило в сон, все-таки на часах было уже давно за полночь. Да и заново переживать то, о чем они с Владом поочередно рассказывали, было несколько утомительно. Как ни странно, первым ее состояние почувствовал Димка. Он всегда понимал ее лучше других. Порой даже лучше, чем муж. И эту дружбу она не отдала бы ни за что. Он был ей слишком дорог, слишком близок. И пусть знала, что порой делает ему больно тем, что любит его лучшего друга, отпустить не могла. Память сделала финт ушами, отбрасывая ее назад в прошлое. В тот день, и к тому разговору, когда Бикбаев в первый и единственный раз признавался ей в любви. И картина перед глазами была такой живой, словно это произошло только вчера, а не больше года назад...
Очередная ссора с Владом, и она ушла искать утешения к тому единственному, кто мог ее понять. Вот только не ожидала застать разгромленную квартиру, и сидящего на полу посреди всего этого Диму, зажимающего разбитые в кровь костяшки пальцев.
- Бикбаев, ты с ума сошел?! Это что такое?! - Несколько минут на то, чтобы найти в этом хаосе аптечку, и опуститься перед ним на колени, начиная бережно очищать ранки. - Что случилось, Дим? - Его безучастный взгляд пугал как никогда сильно. Словно произошло что-то непоправимое, и она чувствовала себя бессильной. Это злило, это выводило из себя, и так довольно темпераментную, рыжую.
- Я пытался. Я правда пытался не думать об этом. Забыть и жить дальше... - Его голос был тихим, но она все же услышала, и вздрогнула. Рука, скользившая по его волосам, замерла на несколько мгновений, а сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Бикбаев лежал ничком, уткнувшись в ее колени, словно маленький ребенок, который ищет привычное и родное тепло матери, когда ему страшно. - Но это сильнее меня - знать, что ты любишь его. И быть не в состоянии перестать любить тебя. Ты - такая эгоистка, Ланка. Забрала оба наших сердца...
- Дима... - Она запнулась, чувствуя, как по щекам катятся слезы. Ведь знала же, чувствовала в его отношении к ней нечто большее, чем просто дружбу. Но не могла ответить взаимность потому, что сердце давно и безнадежно принадлежало другому. - Прости меня...
- За что?
- За то, что никогда не смогу любить тебя так, как ты этого заслуживаешь, родной.
- Глупая. Я же не прошу. Просто будь в моей жизни, пока этого достаточно... - И вот уже они поменялись местами, и он прижимал ее к себе, так привычно вытирая слезы, оставляющие соленые дорожки на ее лице.
- Ты обязательно найдешь ту, которая будет любить тебя одного. Я в это верю. - Улыбнулась, в этот момент как никогда сильно напоминая ему маленькую девочку, которая нуждалась в сильном мужском плече, о которое можно опереться.
- Ну если ты так говоришь... А вообще, вы опять с Соколовским повздорили? Что на этот раз? - Это давно стало нормой вещей - перескакивать с одной темы на другую, когда разговор начинал причинять дискомфорт. Хотя, такое случалось редко. Им было слишком уютно друг с другом...
Слишком задумалась. Рыжая поняла это только тогда, когда Влад легонько потормошил ее, заставляя окинуть присутствующих слегка непонимающим взглядом.
