Влад ревновал, но со временем научился принимать эти отношения, как данность. Просто, наверное, слишком хорошо знал, как часто эти двое спасали друг друга. К тому же, горький опыт прошлого научил его доверять жене и прислушиваться к другу. Она не умела врать, совершенно. А вот заинтриговать по самое не могу, хитро умалчивая до последнего, чтобы потом ехидно улыбаться а-ля "сюрприз" - это вот всегда пожалуйста. Но, именно за это, помимо всего прочего, он ее так любил... Как бы то ни было, а решилась загадка весьма просто, хотя и неожиданно, за два дня до восьмого марта, часов в девять утра.
- Мальчики, у меня новость! - Лана буквально влетела в гостиную, и обозначенные "мальчики", занятые обсуждением новой Димкиной песни, вздрогнули как по команде.
- Так вот, сегодня вечером ко мне прилетает сестра. И она остановится у нас.
- Марина?! - Выражение ужаса на лице Влада стоило бы запечатлеть на камеру для потомков, настолько комичным оно было. И Бикбаев заработал весьма чувствительный тычок под ребра от друга, когда попытался замаскировать под кашель откровенный ржач.
- А ты бы хотел? - Ланка проказливо усмехнулась, но решила не доводить мужа до предынфарктного состояния и дальше. - Нет, приедет моя вторая сестра - Виктория. Мы не видели друг друга лицом к лицу уже почти четверть века... - Голос дрогнул, а в комнате на этом моменте повисла тишина.
- У тебя есть еще одна сестра... - Это был не вопрос - утверждение, но ничего умнее он просто не смог придумать.
- На то были свои причины. Но если кратко, то Виктория живет с нашим отцом в Мельбурне. Мы довольно давно поддерживаем связь, но встретиться не получалось, и вот сегодня она наконец-то прилетает вечером. - Ей прекрасно удалось скрыть легкую вспышку боли за энтузиазмом. Но ее улыбка без слов говорила о том, что сестер связывает крепкая дружба. Вот только оставалось прояснить еще несколько моментов. Потому, что и Влад, и Димка, в общем-то, знакомые с приблизительным составом семьи Ланки, окончательно запутались.
- Так, рыжик, притормози. Получается, что Олег Викторович...
- Ну да, он - мой отчим, хотя я и зову его отцом. Мама вышла замуж во второй раз, когда нам с сестрой было всего ничего. Но так уж получилось, что биологический папаша забрал Викки с собой в Австралию, разделив нас... - Дальнейшее выяснение новых шокирующих подробностей одной конкретной особы прервал телефонный звонок. И два офигевших в конец парня имели честь лицезреть, как взрослая женщина хихикает, словно девочка-школьница, что-то бегло рассказывая невидимому собеседнику на английском...
- И вот тут я понимаю, что ни черта не понимаю... - Влад как-то беспомощно посмотрел на продолжающего ехидно скалиться друга, хотя в глубине глаз Димки пряталось такое же удивление. А еще где-то по краю сознания скреблось странное предчувствие. Почему-то вспомнился последний разговор с рыжей, после которого он не мог перестать думать о сказанном ему девушкой.
Она сидела в кресле, в его квартире, он - на полу у ее ног, что-то записывая. До боли, тянущей где-то в грудной клетке, эта картина была такой привычной для них. Тишина, никогда не давившая на плечи отсутствием тем для разговора. Они могли молчать часами, общаясь только взглядами, случайными прикосновениями и улыбками. Она была его музой, он неизменно вдохновлял ее. Это было неправильно, но когда это волновало их? А в тот вечер что-то изменилось...
- Знаешь, я хочу сделать тебе подарок... - В ее голосе звучала улыбка, задумчивая такая, нежная. Так могла только рыжая, и Диме не нужно было поднимать голову, чтобы знать об этом.
- Неожиданно... В честь чего?
- Ну, просто потому, что ты - это ты. И я тебя очень люблю, Димс... - Он знал, какую именно любовь она имела в виду, но все равно продолжал надеяться на лучшее.
- Я тебя тоже люблю, кроха. Расскажешь, что за подарок? - Она покачала головой, и это он тоже знал, пусть все так же продолжал писать, не рискуя поднимать взгляд на подругу, чтобы не заставлять ее волноваться лишний раз.
- Неа. Но тебе обязательно понравится, я в этом уверена. Ты полюбишь этот подарок... - И было что-то такое в ее голосе, и он почти повернулся, но тонкие пальчики, зарывшиеся в волосы неожиданной лаской, заставили передумать...
Моргнув, словно отгоняя воспоминания, Димка понял, что едва не прослушал то, что говорит друг.
