- А нам же к Большому дивизиону? – бывший принц Трифин заметно нервничал. Это началось ещё вчера, когда он вытоптал всю траву в округе, стоя рядом со мной в первом ряду. И я больше был склонен считать, что он нервничал, потому что боялся, а не потому что жаждал кровавой схватки. Главное, правда, чтобы не побежал. Чтобы не заблевал. Поэтому я намеревался весь бой, каким бы долгим он не оказался, держать Трифина рядом с собой.
- Именно, - уверенно заявил я. – Аниран не может прятаться у командного шатра. Он будет стоять рядом с теми, кто пришёл за него сражаться.
Новый громкий вопль рога пришёл с противоположной стороны. Буквально через мгновение после него землю сотряс гул – монолитная когорта, шагающая шаг в шаг, замерла на месте. Из дыма, со стороны вражеского лагеря, где догорали последние костры, показались всадники. Четверо из них, на обычных гнедых лошадях, скакали позади закованной в металл статуи, восседавшей на прекрасном белом жеребце. Под воодушевляющий звук рога, «металлическая статуя» воздела над головой правую руку, и через секунду, то или из кисти, то ли из перчатки, на волю выбрался огненный меч. По крайней мере мне показалось, что из руки бьёт не божественная энергия, а самое настоящее пламя.
Рог протрубил ещё раз и один из последних всадников выставил вверх длинный шест, на вершине которого развевался белый стяг. И вот такой делегацией всадники обогнули монолитный строй, вырвались вперёд и остановились, ожидая, когда на приглашение отреагируют.
Не догадаться, что происходит, мог только полный дурак. Но я смел считать себя парнем неглупым. И сразу сообразил с какой целью красуется перед зрителями Белый Великан. Именно над этим позавчера ночью размышлял я сам, планируя устроить подобное показательное выступление.
Впрочем, без разницы, кто кого вызывает на встречу. Главное, чем эта встреча завершится.
- Ну что ж, профессор, - тихо прошептал я себе под нос. – Вот и пришла пора познакомиться с тем, кого вы так боялись... – а затем добавил значительно громче. – Коня мне! Сималион, Иберик, Феилин – со мной.
- Несомненно, - моментально ответил Сималион.
- А я??? – обиженно вскинул брови Трифин.
- И я бы хотел быть рядом с милихом, - осторожно напомнил о себе Вилибальд.
В этот раз отказывать бывшему принцу я не стал. Как и не отказал старшему брату Иберика. Если произойдёт нечто непоправимое, они никогда не отступят. Они бросятся на Белого Великана в тот же момент, когда я упаду. И отдадут свою жизнь за то, чтобы не дать ему забрать с моего тела метки.
- Трифин, пришло твоё время, - я сжал плечо бывшего принца. – Что бы не произошло, отступать нельзя. Слышишь? Мы либо победим, либо умрём.
- Я готов, милих, - он поклонился мне по стародавней традиции Астризии. – Я - терлигэ. Моя жизнь теперь не имеет значения.
- Ну-у-у-у, я бы так не сказал, - попытался помешать Яннах. – Ты всё ещё потенциальный наследник престола… Да и вообще, Иван, стоит ли так рисковать? Мы сможем их разбить. Диспозиция хороша, план проработан. Тебе необязательно вступать в бой первым.
- Ты ошибся лишь в одном, мастер-коммандер, - с улыбкой поправил я. – Ты не МОЖЕШЬ, ты ДОЛЖЕН их разбить. Что бы не произошло дальше, это совершенно ничего не меняет. Упаду я или нет, ты поведёшь войска в бой. И разгромишь врага. Ты выбьешь из под мерзких башей опору и на долгие зимы отобьёшь желание вторгаться в богоспасаемую Астризию. Ты обязан перехватить стратегическую инициативу, несмотря на то, чем закончится моя встреча с Белым Великаном. Обещай мне это, мастер-коммандер. Обещай, что не подведёшь.
- Клянусь, - эмоции впервые появились на лице Яннаха. Он не только важно топорщил усы, казалось, его глаза увлажнились, когда он меня слушал. – Всё закончится здесь. Сегодня. Сегодня мы покажем всему миру, что аниран действительно пробудил страну ото сна.
- Покажем, - сквозь зубы процедил Трифин. Похоже, мои слова проняли даже его.
- Отлично. Иберик, быстро где-нибудь раздобудь белую тряпицу. Остальные – по коням. Не будем заставлять гостей ждать.
Организовались мы довольно-таки быстро. И выдвинулись навстречу вражеским парламентёрам под уважительными взглядами рядовых солдат и командиров.
Правда, эти взгляды притихших солдат направили мои мысли немного в другое русло. Я забирался в седло, отчаянно сопротивляясь страху. Я не позволял ни ярости прорваться, ни страху захватить меня. Но всё же не мог не думать о том, что ждёт меня впереди.
Но проехав через расступившиеся шеренги Большого дивизиона, всеми фибрами я ощутил чужое волнение. Я почувствовал напряжение войск. Я увидел во взглядах надежду. И не имел права уехать просто так.
- Стойте, - приказал я своим провожатым, а затем повернул лошадь лицом к рядам.
Неважно, чем для меня завершится эта встреча. Астризии нужно это сражение. Астризии нужна эта победа. Я обязан сделать так, чтобы армия не утратила мотивацию и не побежала с поля боя, даже если меня разрубят на куски.
