Вот только мы ведь больше не ныряем.
На этот раз ни у тебя, ни у меня больше нет никаких оправданий этому сумасшествию.
Глава 28
Может ли один день длиться вечность?
Наверное, может. Если за один день прожить маленькую жизнь.
Я была иссохшей пустыней до тебя, Дракон. Все силы – только на выживание под палящим солнцем. Совсем забыла, что я не дикий зверёк, день за днём выгрызающий у судьбы для себя право на жизнь.
Я не знала, что могу быть слабой и нежной в чьих-то руках – и мне не будет из-за этого страшно.
Я не знала, что умею так доверять.
Потому что в этот момент доверяю тебе, как никому и никогда за всю мою дурацкую и бесприютную жизнь.
Верю, что не утону, пока ты держишь в сильных руках. Верю, что не предашь моего доверия и никогда не возьмёшь больше, чем я готова тебе дать. Верю, что никогда не обидишь.
А твои губы снова и снова оживляют пустыню в моей груди. Наполняя живой водой этих чувств. Таких сильных, каких я прежде не испытывала.
Поцелуй длится и длится.
Иногда Дракон отрывается от моих губ, чтобы коротко посмотреть в глаза – довольно? Или можно продолжать? И не встречая ни грана сопротивления, с довольным урчанием впивается в мои губы снова. Запуская пальцы глубоко мне в волосы. Прижимая к себе за талию так, что я отчётливо ощущаю, как по его коже бежит рельеф чешуек. То прячется, то появляется снова.
А вода вокруг нас постепенно становится всё горячей и горячей. Но не жарче, чем поцелуи Дракона.
Под натиском тяжёлого драконьего тела я постепенно смещаюсь в закипающих водах. Моей спины касается твёрдый бортик бассейна.
Ардан прерывает поцелуй, опускается лбом на мой лоб, дышит тяжело, обжигая дыханием, в котором моя чувствительная кожа ощущает отзвуки пламени, живущего у него внутри.
- Надо как-то остановиться… надо прекратить, - уговаривает, по-моему, сам себя. От меня-то здесь ничего не зависит. Я за эти несколько минут – или часов? – нашего поцелуя разучилась думать совершенно. Вся превратилась в комок оголённых нервов, сплетение эмоций. Просто инстинкт самосохранения шепчет, что лучше даже не начинать размышлять о последствиях для моего бедного сердца – если не получится прекратить то, что стремительно вырывается из-под нашего контроля.
Сжав мою талию ручищами, рывком поднимает из воды и усаживает на бортик.
Вот это было очень зря. Совсем зря.
Бешеный взгляд Дракона стекает по моему телу, к которому прилипла тонкая ткань вымокшего платья.
Зрачок становится вертикальным. По лицу и рукам бегут полосы синей чешуи.
Я дрожу – то ли от холода, когда стремительно остывает вымокшее тело, привыкшее к тёплой ласке нагретого бассейна. То ли от дикого взгляда мужчины на мне.
Мои пальцы вцепляются в острый бортик бассейна почти до боли. Когда Дракон совершает бросок… и вжимается лицом мне в шею. Делает глубокий вдох.
Откидываю голову. Мощное драконье тело меж моих распахнутых колен.
- Это наваждение… - бормочет Дракон, звук отзывается вибрацией на моей коже. – Мы не должны…
Вот только в противоречие тем очень правильным и разумным вещам, которые он произносит, его губы медленно спускаются по моей шее, собирая капли воды. Вздрагиваю от каждого короткого прикосновения.
Влажный и горячий поцелуй жалит ключицу в вороте моего сползшего платья. Пальцы дракона ложатся на моё колено, сжимают его.
Пятна солнечных лучей, пляшущие на потолке, сливаются в мутную мешанину, потому что моё сознание стремительно заволакивает хмельная пелена. Сердце колотится, как сумасшедшее. Моё дыхание всё глубже, всё тяжелей. Если наваждение – то оно накрыло нас обоих. Я точно не могу ничего сделать. Если уж даже могучая драконья воля пасует…
- Подожди. Дай мне минуту… я сейчас приду в себя, - делает очередную попытку Дракон.
Накрывает мои пальцы на бортиках бассейна своими ладонями. Утыкается лицом в ложбинку на моей груди и замирает, тяжело вздрагивая всем телом. На одно бесконечно длинное и упоительно прекрасное мгновение мы так и застываем, напряжённые как тетива и почти обезумевшие в стремлении друг к другу. Которое не имеем права удовлетворить. Замираем оба на краю бездны.
Когда понимаю, что готова сейчас подчиниться, что бы он не решил – это меня даже не пугает. Во мне проснулся странный стоицизм.
Будь что будет.
Если моя судьба стать игрушкой в твоих руках, как я могу противостоять – крошечная пылинка на краю бури?
Ведь я твоя на один день.
Когда Дракон всё же колоссальным напряжением воли отрывается от меня – испытываю жгучее разочарование.
Крылья распахиваются за его спиной в один миг. Резко и ослепительно красиво. В мерцании синих искр магии на перепонках. Ардан отталкивается от края бассейна, и одним могучим рывком отлетает от меня подальше, вздымая тучу водных брызг. Горящий взгляд по-прежнему не отрывается от моего тела, и я на одну долю секунды позволяю себе поверить, что это действительно я так сильно желанна этому Дракону. Это не случайная вспышка страсти, когда в звере проснулся звериный аппетит, а я просто подвернулась под руку.
Драконы любвеобильны. Кто-то сказал мне недавно.
