- Эй! Там, куда мы летим, у тебя обязательно появится много друзей. И они никогда в жизни не летали на драконе. А ты всем расскажешь, как летал. Ты представляешь, как тебе будут завидовать?
Он всхлипывает в последний раз, поднимает на меня чумазое лицо и кивает.
Мне требуется несколько долгих недель, чтобы всех их перетащить к себе во дворец. Поручив заботам слуг измождённых людей, я даю себе одну ночь отдыха и снова отправляюсь в полёт.
Не в земли фиолетового Клана.
Логово Фера расположено на южном континенте, самом высокогорном из всех. Эти обширные территории лучше всего защищены от разгула стихии и могут выдержать ещё несколько лет поднятия уровня воды. Людям там пока что ничего не грозит.
Но на просторах Эридана бесчисленное количество мелких архипелагов и островков, которые когда-то были процветающими землями, и которые теперь, похоже, стали ловушкой, тюрьмой для живущих там людей. У них нет крыльев, чтобы их покинуть.
Я отправляю послания младшим Кланам. Заручаюсь поддержкой Лиссандра, и даже его сестра со своей виверной решает помочь, когда узнаёт, что это моя личная просьба.
Мы отправляемся во все концы Империи, чтобы немедленно проверить, как обстоят дела и сколько ещё людей находится в таком же бедственном положении.
Понятия не имею, как долго это будет продолжаться.
Каждый день словно отдаляет меня всё дальше от моей Фери. Как будто завеса меж нами обретает прочность камня. Отчаяние внутри заставляет моего дракона выть в бессилии и рваться к своей самке. Глупо отрицать очевидное – я слишком люблю эту женщину, чтобы думать о ком-то другом в качестве своей Императрицы.
Я никогда ничего не боялся.
Но сейчас не признаюсь самому себе, как сильно боюсь.
Что однажды мне придётся снова взвешивать на весах своей судьбы своё личное счастье – и долг перед Империей. И жизни множества беззащитных людей лягут многотонными гирями на левую чашу. Тогда как на правой будет всего лишь биться одно- единственное глупое сердце. Отданное той, кто не хочет больше знать о моём существовании.
Сколько может прожить тело без сердца?
Думаю, мне придётся проверить на собственной шкуре.
Медленно светлеет небо. Лежу в постели и смотрю сухими глазами, как в него возвращаются краски.
В последние дни погода была особенно раскалённая, так что пока солнце не поднялось высоко, нужно успеть выйти из дома и преодолеть путь по пыльным улицам.
Скоро наступит самая жаркая пора иссушающих пыльных бурь, когда весь город попрячется, кто куда. Мы, жители Саара, умеем это предчувствовать. Все торопятся переделать как можно больше дел, запастись водой и едой… ещё недавно я боялась этого месяца до дрожи, потому что был велик шанс его не пережить. Как всё быстро поменялось. За прочными стенами поместья Джоев мне ничего не грозит.
К счастью, после того смущающего разговора Сириус практически перестал попадаться мне на глаза, даже в комнату к сестре не приходил, и я перестала переживать по поводу того, куда девать взгляд и как себя вести при нём. Саманта пыталась расспрашивать, о чём мы говорили. Я просто и безэмоционально передала факты. По её лицу я видела, что ей этого мало и она жаждет подробностей. Но мне хотелось как можно скорее забыть. И постараться себя убедить, что мне всё показалось… потому что если нет, то в мою жизнь в очередной раз вторгаются сложности, которых я не просила.
Больше всего я боюсь причинить боль хорошему человеку, который этого не заслуживает. Но я ничего не могу ему дать.
Чтобы отдавать свет, нужно сначала наполниться им изнутри.
А у меня в груди как будто дыру пробили, и через неё утекают жизненные силы. Ардан снова снился мне этой ночью.
Я проснулась и долго лежала в темноте. А перед глазами стоял образ. Синий дракон, стремительно летящий сквозь ночное небо. Прекрасный, как мечта. И такой же недосягаемый.
Чем я так прогневила судьбу?
Почему у меня такое чувство, как будто Дракон, улетая в свой мир, забрал моё сердце с собой? И теперь внутри вместо него кровоточащая рана.
Как долго может тело существовать без сердца?
Я поднимаюсь каждое утро с постели. Делаю то, что должна. Помогаю всем, чем могу – Саманте, сестре, и даже хозяйка дома милостиво разрешает мне почитать ей книгу перед сном или вычесать её собачку. Она существенно потеплела ко мне с тех пор, как убедилась, что я не собираюсь ставить ловушки на её драгоценного сыночка, а напротив, тут же нахожу какой-нибудь предлог уйти, если он случайно зайдёт проведать мать в то время, когда я нахожусь в её комнате.
