— Значит, теперь вы поженитесь, а я буду подружкой невесты? — выдает кудрявое чудо, стоит первым бурным эмоциям немного утихнуть.
— Конечно, будешь. Мы вам с мамой купим самые красивые белые платья, какие только понравятся, — обещает Давид.
И я знаю, что так оно и будет. Мой мужчина не бросает слов на ветер.
— И букетики? — входит в раж лисичка, хитро прищурившись.
— И букетики, — отвечает Давид, обнимая меня крепче, словно боится, что передумаю или исчезну.
Нет, не передумаю.
Я сделала выбор, и уверена, что он правильный.
Через два дня мы на самом деле женимся.
На Кипре.
Давид ни в какую не хочет ждать, а я не возражаю.
Зачем? Если все решено.
Да и интересно же.
Но прежде едем в салон и покупаем два безумно элегантных белых платья. Для меня и Амины, самой красивой подружки невесты.
А еще через неделю, наконец-то, возвращаемся домой, чтобы отметить важное событие в кругу любимых друзей Гроссо.
— Юль, ты уверена? Я готов ждать, сколько потребуется, — хрипло произносит Давид, наблюдая, как поздно вечером я захожу в его спальню.
Убедившись, что дочка крепко спит, переодеваюсь в своей комнате в шелковый халат и сама иду к мужу. Знаю, что последний шаг к сближению — это мой шаг. И если его не сделаю я, то мы останемся мужем и женой лишь на бумагах.
Не хочу так. Наполовину.
Желаю всё и сразу. Его всего.
Потому что он — мой. А я — его.
— Уверена, — отвечаю так же тихо и веду плечами, чувствуя, как соскальзывает прохладная ткань. — Я тоже хочу еще дочку… или сына… или обоих…
— Я простая русская девчонка…
— За границей сроду не была…
Подпеваем на пару с Соней «Комбинации». Музыка негромко льется из колонки, скорее для фона, чем для настроения.
Последнее у нас и так отличное.
— Сонь, кто тебе поверить про простую русскую с фамилией Гроссо? — подкалываю подругу, с удовольствием опуская ноги в бассейн.
— А тебе, Юльчик, думаешь, про заграницу поверят, если вся родня мужа в Турции обитает? — щелкает меня по носу любимая вредина в ответ.
Боже, какое же счастье иметь вот таких открытых и доброжелательных подруг, которые не строят козни за спиной и если уж радуются твоим удачам, то от души.
— Вот пусть там эта родня и дальше… обитает! — стараюсь не шипеть змеей.
Может, я и наивная провинциалка, но не позволю себя обижать даже им.
— Хороший тост, — подружка дзинькает своим бокалом о мой и шаловливо подмигивает. — Выпьем за это.
— Поддерживаю, — улыбаюсь во все тридцать два и делаю глоток.
— Кстати, что там у твоей приятельницы Марины? Мне кажется, я видела ее на днях в торговом центре вместе с безопасником Давида и двумя детишками. Они вместе? — играет бровями Гроссо.
— Не знаю, Сонь. Осипова такая же скрытная, как и не мы с тобой. Знаю только, что Ивану бывшая супруга сына спихнула, а сама за границу смоталась. Новую жизнь строить. Вот Марина ему и помогает, вроде как…
— Хорошая она девчонка. Я рада, что ты нас познакомила. В следующий раз надо будет и ее на девичник позвать.
— Обязательно, — соглашаюсь. — Правда, наши встречи наедине, — играю бровями, вызывая общий смех, — случаются так редко, что в следующий раз Маришка вполне уже может быть глубоко замужней и беременной.
— Глубоко беременной? — ржет Гроссо, кивая на свой уже хорошо заметный живот.
Да, в отпуск они с Алексом в августе слетали продуктивно. Теперь вот ожидают пополнения. На этот раз, как счастливо выдыхает Соня, не двойня. А только сынок.
— Так кто ж его знает? — присоединяюсь к ней. — Тут уж, как у них получится.
— Само собой, — соглашается подруга и переводит шальной взгляд на мою руку, в которой держу дольку лимона. — Цикал, а ты случаем не беременна? А, подруга? Ты ж лимоны на дух не переносила, зато ведрами кофе глотала. А сегодня чай попросила сделать.
— Не уверена пока, — пожимаю плечами, не пряча улыбки, — вот завтра тест куплю и выясню наверняка. Но, думаю, ты права… Кофе мне действительно не хочется.
Даже кривлюсь, как представляю его горький вкус.
— Ооооо, Юльчииик, да это же просто ВАУ-новость! Давид будет на седьмом небе от счастья. Он же так мечтает о детях. Нужно обязательно за это выпить! — протягивает мне Соня бокал с детским шампанским.
— Да, муж такой новости обрадуется однозначно, — улыбаюсь, легко представляя сияющие счастьем темно-карие омуты, что уже шесть месяцев глядят на меня с любовью. Чин-чин, — вновь ударяю своим бокалом о бокал подруги.
Ну да, вот такой у нас девичник.
Безалкогольный.
Зато только вдвоем. Без мужей и детей.
Иногда нужно и чисто девочками посидеть.
Поругавшись с отцом и вычеркнув его и сестру из своей жизни, я надеялся, что и они поступят соответственно. Оставят меня и мою семью в покое.
Нам с ними не по пути. И решение я менять не намерен.
Карина это быстро уловила, когда, предприняв несколько попыток манипулирования, убедилась в их безуспешности.
Дамир Цикал не успокоился. Его еженедельные звонки стали постоянными. Я же так же постоянно их сбрасывал.
Почему изменил укоренившейся привычке и принял сегодня? Не знаю.
