В течение нескольких минут он собрал сумку и, войдя в свою рабочую комнату, бросил её на стоящий рядом с рабочим столом стул. Сел в кресло, оглядел рабочий стол: «В инструкции о книгах ничего не сказано. Неужели, неужели придётся всё бросить? Как я могу это бросить? Столько ценного материала, весь этот колоссальный труд. Как так? – Георг ещё раз прокрутил в голове весь разговор с офицером СС. – Он сказал об отъезде, возможно, очень долгом, но ведь не навсегда. Зачем я себя накручиваю?» Пытаясь успокоиться и настроить себя на скорейшее возвращение, в глубине души он чувствовал, что это будет путешествие в один конец. Вот уже несколько лет Георг работал в университете, где он со своей группой научных сотрудников выполнял правительственный заказ, чем в то время занималась большая часть гуманитарных институтов рейха, он составлял новую историю великой Германии. Материал доставлялся в больших количествах, и вся группа просто не успевала перерабатывать и описывать новоделы древнегерманских артефактов и текстов. Георг хоть и не имел большого практического опыта в истории и археологии, но даже своим неопытным взглядом видел, что все так называемые артефакты являлись хорошими подделками. Говорить об этом было запрещено, поэтому он просто выполнял свою работу. Его угнетало то, чем он занимался. Ведь во время учёбы в университете он представлял свою будущую работу совсем по-другому. Но теперь, понимая ситуацию военного времени и нагнетаемой идеологии, нужно было выполнять то, что приказывали сверху, и бросить работу он не имел права, поэтому каждый день, вместо написания действительной истории, к чему он так долго стремился, писал вымышленные сказки. Но дома, на его рабочем столе, лежали настоящие артефакты, и только здесь, в течение последних нескольких лет после посещения дяди Вольфхарта, сперва в его малюсенькой комнате, в которой он проживал студентом, а затем в этом рабочем кабинете он отдавался стихии, поглотившей его с головой. Он нашёл своё призвание в познании исторических событий европейских народов через слово.
Вернувшись тогда из Роггова и разложив на столе полученные от дяди книги, для начала он решил, что начнёт с генеалогического древа, вписанного в старую хрупкую тетрадь. Читая с конца в начало, произнося имена и фамилии людей, являвшихся его предками, он удивился тому, что из всех их он знал лишь отца с матерью и дядю Вольфхарта. «Господи! Я вообще ничего не знаю о себе. Если я не знаю прошлого моей семьи, какое я могу иметь право писать о глобальном прошлом?» Он листал далее, уже не читая имён, но лишь вглядываясь в написание текста, в письменные знаки, которые изменялись частично, затем в большем объёме, и, в конце концов, дошло до того, что он смог прочесть лишь пару букв в слове, но не мог понять смысл. Ведь кроме имён было множество комментариев, которые, скорее всего, несли основную, фундаментальную информацию о происхождении и, возможно, переселении тех людей, о которых говорили древние страницы.
Со временем появилась структура подхода к изучению. За основу был взят факт проживания всех записанных в родословной книге предков на территории севера и северо-востока Германии, возможно, части Дании. Начал Георг с изучения всех возможных карт, как современных, так и раннего Средневековья, всех, которые только смог достать. Неделями сидел в архивах и читальных залах библиотек. Через лупу, неимоверно напрягая зрение и непрерывно записывая, он изучил множество карт, от Птолемея и Меркатора до Лоттера, а также актуальные карты территорий Европы. Затем, разбирая свои записи, он путался в изменениях границ как самой Германии, так и соседних государств. Они то пропадали, будучи поглощёнными, интегрированными в другие, то появлялись вновь, но уже в других границах. Территории расселения лангобардов, вандалов, силингов, ободритов и других племён путали понимание за отсутствием точных исторических данных. Даты разнились на сотни лет, и у Георга ничего не складывалось. Сотни топонимов со славянским происхождением на территории Германии прописывались на латыни, итальянском, французском языках, и сложно было понимать их значение. Шли недели, месяцы догадок и головоломок. Стало понятно лишь то, что все эти территории были издревле заселены славянскими народами, которые в раннем Средневековье овладели огромными территориями, включая Северную Африку. Через семь месяцев интенсивного труда он понял, что в одиночку осилить такой пласт информации ему будет не по силам, и рассказал о своём тайном проекте хорошему знакомому и сокурснику Паулю Шмитту.
