После его ухода о нем стали забывать. Правильно — выставок нет, газеты не пишут… Со стен офисов картины перекочевывали в подвалы и сараи. Сейчас группа друзей Сергея и увлеченных его искусством энтузиастов собирает сведения о его картинах, написанных за восемь лет активной творческой жизни. Из 250 работ, обозначенных в прижизненном каталоге, пока найдено около 170. То есть, есть визуальное представление о них, а не одни названия. Но известно местонахождение лишь 60 подлинников. На личные средства друзей мизерным тиражом издан альбом с репродукциями, стихами, фотографиями и статьями о Стеблине. К его юбилею в Красноярске готовится выставка. Но всего этого так мало…
— Сергей Стеблин — это явление в живописи? — спросил я его как-то.
— Коварный вопрос! Это уж пусть кто-то другой решает… — ответил он.
Но кто? И как? Его наследие требует серьезного профессионального искусствоведческого исследования. Однако музеи его работы не приобретали — он ведь не был членом Союза художников. Все, что есть — в частных коллекциях, а изучать работы в них тяжело. Неясно с судьбой его архива — почему-то родственники к нему никого не подпускают. Вообще-то, ближайшая его родственница — дочь Ирина, которую он так любил. Она помнит и чтит отца, но живет в США и мало чем может помочь.
Но без осмысления творчество Стеблина так и останется ярким и странным сибирским феноменом, вырванным из культурного контекста страны и эпохи. А ведь это не так. Его называют «художником-фантастом», и он сам говорил, что на него оказал влияние «космист» от живописи Андрей Соколов. И он декларировал свою приверженность сюрреализму, называя имена Ива Танги, Рене Магритта и, конечно, Сальвадора Дали, по которому тогда все с ума сходили. Но и это не точный его адрес в искусстве. Кажется, прижилось пущенное мною словечко «стеблинизм», хотя и это тоже лишь журналистский ярлык, а не искусствоведческое определение. В общем, художник умер, а творчество его живет и требует к себе внимания.
Но это дело, наверное, предназначено тем, для кого Сергей Стеблин — лишь потрясающие картины. А мы, те, кто знал его, кому он щедро дарил себя, и так прекрасно понимаем, кто жил рядом с нами и кого мы лишились.
…Я вижу одинокую маленькую фигурку, сквозь грандиозный пылающий портал входящую в неведомое — где вращаются палящие звездные шары, где бушуют космические вихри невероятных цветов, где на безбрежных равнинах душа предается тысячелетней медитации. Сережа где-то там.
…Вскоре после смерти Сергея Стеблина моя ныне тоже покойная мама увидела его во сне. Он вышел к ней из моря в бухте среди скал. «Что же ты, сынок? — спросила мама. — Зачем ты ушел? Ведь Паша тебя так любил…» Вместо ответа он показал ей часы на своей руке. У них был зеленый циферблат без стрелок. Понятия не имею, что это значит…
*
Фото некоторых работ Сергея Стеблина можно посмотреть здесь:
https://kartini-steblin.livejournal.com/338.html
Азат Миннекаев. Стоит ли будить духов?
Выставка художника Азата Миннекаева «Метаморфоза бубна» открылась в Государственном музее истории религии.
Пение — не пение: звуки прибоя, крики чаек, лесные шорохи, свист охотничьей стрелы. Танец — не танец: покачивание деревьев под ветром, снующие движения зверьков, плавник большой рыбы, рассекающий воду. Человек, растворенный в природе… Одушевленная природа… Выступление фольклорного ансамбля «Северное сияние» предваряло открытие выставки. Юные студенты, будущие ученые,
Начало было как нельзя более удачным. Азат Миннекаев жил и на Чукотке, и на Аляске, собирается на Алтай — центр мирового шаманизма. Художник погружен в ветхий духовный мир старых народов, живущих в состояние равновесия с природой, называемом в науке гомеостазом. Его прекрасные картины висят среди подлинных инструментов шаманизма из фондов музея — бубнов, изображений духов, магического оружия.
Художник начинал с кукол для театра. «Куклы ведь не просто куклы», — говорит он. Правильно, первоначально они тоже были магическими предметами. Однажды Азату довелось участвовать в театральном проекте в Магадане:
— Я столкнулся там с другими цветами в природе, с другим строем жизни. И меня разобрало, — говорит он.
Потом были шесть месяцев на Аляске, по приглашению губернатора острова Сент-Пол. Там живут алеуты, давно воспринявшие от русских миссионеров православие: