7) Посему, для него же выставляютъ еще на видъ Ариминскій Соборъ, на которомъ они низложены? Для чего отмещутъ Соборъ Никейскій, на которомъ подписались Отцы ихъ и исповедали, что Сынъ отъ сущности Отчей и единосущенъ Отцу? Для чего не стоятъ въ одномъ? Они противятся не однимъ Епископамъ, сходившимся въ Никеи, но и Епископамъ у нихъ почитаемымъ великими, а наконецъ даже своимъ. Посему, чьи же они наследники и преемники? Какъ могутъ именовать Отцами техъ, отъ которыхъ не пріемлютъ ихъ исповедашя, написаннаго прекрасно и апостольски?
Если думаютъ, что въ–состоянiи они возражать; то пусть говорятъ, чтобы обличены были противоречащіе себе самимъ, лучше же пусть отвечаютъ: веруютъ ли въ Сына, Который говоритъ: Азъ и и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30); и: видевый Мене виде Отца (Іоан. 14, 9)? «Да», скажутъ они; «поелику написано, то веруемъ». Но какъ же едино суть, и какъ видевый Сына виде и Отца? Если и о семъ будутъ спрошены, то, конечно, скажутъ: «по подобію», если только не состоятъ въ совершенномъ согласіи съ держащимися сроднаго съ симъ образа мыслей и известными подъ именемъ аномеевъ. И если еще спросятъ у нихъ: какъ Сынъ подобенъ? — смело скажутъ: «совершенною добродетелію и согласіемъ — темъ, что хочетъ одного и того–же со Отцемъ, и не хочетъ, чего не хочетъ Отецъ». Но пусть знаютъ, что уподобляющійся Богу добродетелію и хотеніемъ имеетъ произволеніе перемениться. Сказать же сего о Слове невозможно, разве только и Слово подобно отчасти, какъ и мы, а не подобно по сущности: это же свойственно намъ, созданнымъ и имеющимъ тварное естество; потому что мы, хотя не можемъ соделаться подобными Богу по сущности, однако–же, усовершаясь упражненіемъ въ добродетели, уподобляемся Богу, такъ какъ и это даровалъ намъ Господь, и сказалъ: будите милосерди, якоже и Отецъ вашъ милосердъ есть (Лук. 6, 36). Будите совершени, якоже Отецъ вашъ небесный совершенъ есть (Матф. 5, 48). Но что созданное изменяемо, этого никто не будетъ отвергать, потому что и Ангелы преступили законъ, и Адамъ преслушалъ, и все имеютъ нужду въ благодати Слова. А изменяемое не можетъ быть подобно неизменяемому Богу, какъ и сотворенное — Сотворшему. Посему–то, насъ имея въ виду, сказалъ Святый: Боже, кто уподобится Тебе (Псал. 82, 2)? И: кто подобенъ Тебе въ бозехъ Господи (Псал. 85, 8)? Богами же именуетъ, хотя сотворенныхъ, но соделавшихся причастниками Слова, какъ сказалъ самъ Сынъ: аще оныхъ рече боговъ, къ нимже Слово Божіе бысть (Іоан. 10, 35). Но причастное не одно и то–же съ темъ, чего оно причастно, и не подобно тому. И о Себе сказалъ Сынъ: Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30), потому что не можетъ сказать сего созданное. Ибо пусть ответятъ ссылающіеся на Ариминскій Соборъ, — можетъ ли тварная сущность сказать: чтó вижу творящаго Отца, то творю и Я (Іоан. 5, 19)? Созданное есть творимое, а не творящее, — иначе бы оно сотворило само себя. И действительно, если Сынъ, какъ говорятъ, есть тварь, и творитъ его Отецъ; то, конечно, и самого Себя сотворилъ Сынъ, Который, какъ самъ Онъ сказалъ, можетъ творить все, чтó творитъ Отецъ. Но подобная мысль нелепа и крайне несостоятельна; ибо никто не можетъ сотворить самъ себя.
8) Еще пусть скажутъ, — можетъ ли созданное сказать: вся, елика имать Отецъ, Моя суть (Іоан. 16, 15)? Отецъ имеетъ силу творить, созидать, быть вседержителемъ, также имеетъ вечность, неизменяемость. А созданное не можетъ иметь ни зиждительности, потому что есть тварь, ни вечности, потому что имеетъ начало бытія, ни вседержительности и неизменяемости, потому что, какъ говорятъ Писанія, есть обладаемое и изменяемое по естеству. Следовательно, если все это свойственно Сыну; то свойственно, какъ сказали мы, не вследствіе добродетели, но, какъ сказалъ Соборъ, по самой сущности Сына. И Сынъ не отъ иной сущности, но отъ Отчей, которой и свойственно это. Свойственное же Отчей сущности и ея рожденіе — чтó такое будетъ, какъ не единосущное? или какъ иначе наименуется? Ибо чтó видитъ кто въ Отце, то видитъ и въ Сыне, и притомъ, видитъ какъ сущее въ Сыне не по причастію, но по сущности. И сіе–то значитъ сказанное: Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30); и: видевый Мене виде Отца (Іоан. 14, 9).
