Съ другой стороны, хорошо будетъ обнаружить безразсудство ихъ еще изъ следующаго. Если, по словамъ вашимъ, Сынъ подобенъ Отцу по добродетели, за которой следуетъ хотеніе и нехотеніе и улучшеніе нравовъ, все же это свойственно качественности: то, явно, именуете вы Бога сложеннымъ изъ качественности и сущности. Кто же попуститъ вамъ утверждать это? Ибо несложенъ Богъ, сочетавшій все въ бытіе; Онъ не таковъ, каковы твари, призванныя Имъ въ бытіе Словомъ; да не будетъ сего! Онъ есть простая сущность, въ которой нетъ никакой качественности, какъ сказалъ Іаковъ, несть премененiе, или преложенія стень (Іак. 1, 17). Итакъ, если открывается, что не по добродетели, потому что нетъ качественности въ Боге, а также и въ Сыне; то, явно, что Сынъ собственъ сущности. И это непременно признаете вы, если только не совершенно утратилась въ васъ сила разуменія. А что собственно принадлежитъ Божіей сущности, съ нею тождественно и по естеству есть ея Рожденіе; то, и въ этомъ опять отношеніи, что иное будетъ, какъ не единосущное Родшему? Ибо это есть отличительное свойство Сына въ отношеніи къ Отцу. Кто не утверждаетъ сего, тотъ не признаетъ, что Слово есть Сынъ по естеству и въ подлинномъ смысле.
9) Такъ уразумевъ, Отцы написали, что Сынъ единосущенъ Отцу, и анафематствовали утверждающихъ, что Сынъ отъ иной ѵпостаси. Не отъ себя составили они реченія, но, какъ сказали мы, и сами научились отъ Отцевъ своихъ. А вследствіе доказаннаго такимъ образомъ, въ деле веры излишенъ Ариминскій ихъ Соборъ, излишенъ и всякій другой Соборъ, выставляемый ими на видъ. Ибо достаточенъ согласный съ древними Епископами Соборъ Никейскій, на которомъ подписались и ихъ Отцы; а сихъ Отцевъ надлежало имъ уважить, — иначе, будутъ они признаны скорее всемъ, только не христіанами.
Если же и после всего этого, после свидетельства древнихъ Епископовъ, после подписи ихъ собственныхъ Отцевъ, какбы по неведенію притво–ряются боящимися реченія: единосущный; то пусть выражаются и думаютъ, простее и истинно, что Сынъ по естеству Сынъ, и пусть, какъ повелелъ Соборъ, произнесутъ анафему утверждающимъ, что Сынъ Божій есть тварь, или произведеніе, или изъ не–сущихъ, или было, когда Его не было, и что Онъ превратенъ и изменяемъ, и изъ иной ѵпостаси, и пусть такимъ образомъ избегнутъ аріанской ереси. А мы твердо уверены, что, искренно предавъ это анафеме, они вскоре исповедаютъ, что Сынъ отъ Отчей сущности и единосущенъ Отцу. Посему–то и Отцы, сказавъ, что Сынъ единосущенъ Отцу, немедленно присовокупили: «а утверждающихъ, что Онъ — тварь или произведеніе, или изъ не–сущихъ, или было, когда Его не было, вселенская Церковь предаетъ анафеме», давая темъ знать, что таково значеніе слова: единосущный. Сила слова «единосущный» познается изъ того, что Сынъ не тварь или произведеніе. И кто именуетъ Его единосущнымъ, тотъ не признаетъ Слова тварію; кто предаетъ анафеме сказанное выше, тотъ признаетъ вместе, что Сынъ единосущенъ Отцу. Кто Сына Божія именуетъ единосущнымъ, тотъ именуетъ Его Сыномъ пріискреннимъ и истиннымъ. А кто именуетъ пріискреннимъ, тотъ разумеетъ сказанное: Азъ и Отецъ едино есма (Іоан. 10, 30), и: видевый Мене виде Отца (Іоан. 14, 9).
10) Надлежало бы написать объ этомъ пространнее. Но поелику пишемъ къ вамъ, людямъ знающимъ; то изложили мы кратко. И желая, чтобы у всехъ соблюдался союзъ мира и все во вселенской Церкви одно и тоже и говорили и мудрствовали, предлагаемъ это не какъ учащіе, но какъ напоминающіе. Предлагаемъ же не мы одни пишущіе это, но и все Епископы Египта и Ливіи, въ числе почти девяноста, потому что все одно мудрствуемъ, и если случается кому не быть лично, всегда подписываемъ другъ за друга.
Съ такимъ расположеніемъ, поелику имели случай собраться вместе, написали мы и къ возлюбленному нашему Дамасу, Епископу великаго Рима, объ Авксентіи, вторгшемся въ медіоланскую Церковь, сообщивъ о немъ сведенія, что не только онъ сообщникъ аріанской ереси, но и виновенъ во многихъ худыхъ делахъ, учиненныхъ имъ вместе съ Григоріемъ, сообщникомъ его нечестія, и изъявляя удивленіе, почему доныне онъ не низложенъ и не изверженъ изъ Церкви; а также выразили мы благодареніе богочестію Дамаса и собиравшихся въ великомъ Риме за то, что, извергнувъ Урзація, Валента и тожественно съ ними мудрствующихъ, соблюли они единодушіе вселенской Церкви.
