— Да, настоящий кремень! — кивнул Линдон. — Не отказался от задания.
— Говорил, что выполнит его любой ценой, — кивал его друг.
— Бедный парень, я бы ещё сходил с ним куда-нибудь, но, увы, не суждено, — Линдон опустил голову и сделал печальную мину.
— Значит, скорее всего, он уже погиб, — выдохнула Летиция. Смерть авантюриста на задании — обычное дело, и она прекрасно это понимала.
Джульетта слышал их разговор. В один момент пол ушёл у неё из-под ног, и девушка бы упала, если бы к ней не подбежал Дюк, и не подхватил её под руку. Ещё вчера она даже и подумать не могла, насколько это всё опасно.
— Девушка, чего плачете? — посмотрел Дюк в её залитые слезами глаза.
Летиция написала, что Стив и Линдон выбыли с задания по ранению и закрыла журнал.
— Санчо, неужели он погиб! — всхлипнула Джульетта.
— Если он не вернулся до сих пор, то скорее все го да, — кивнул Дюк. — Подожди ещё недельку, может он застрял где-то в деревне, но лучше не надейся на лучшее. Сейчас гоблины просто заполонили юго-восток и скоро будут ходить, как дома, возле стен Илда. Держись, и жди своего возлюбленного, может быть он сможет прорваться назад и вернуться!
Дюк ушёл, а его место занял Стив.
— Не плачь, — он подозвал жестом разносчицу. — Я расскажу тебе, каким был Санчо, и как он сражался с гоблинами. Это был храбрый воин!
Они сели за стол, и он пустился в россказни, о том, как они пошли спасать попавших в беду авантюристов. Как они врубались в толпы гоблинов, и каким Санчо был смелым. И про себя тоже Стив не забыл. Он описывал себя в лучшем свете, добавляя многочисленные подробности битвы, выдуманные им на ходу. Вскоре Джульетта прекратила плакать и слушала его, затаив дыхание.
Эту историю слушали все и кивали головами. Так вышло, что скоро Джульетта напилась, и Стив вызвался проводить её домой, где и остался на ночь.
Уже стемнело, и поместье Колдифаеров и окружающие его леса и болота полнились самыми страшными звуками. Орда нежити бродила по раскуроченному кладбищу поместья Колдифаеров. Среди покосившихся крестов и могил, они лязгали ржавыми доспехами, хрустели гнилыми костями, и что-то шептали, смотря на мир пустыми глазами. Рядом с белым склепом из тумана вышел Эреборн Колдифаер и направился к океану нежити.
— Друзья! — начал он, смотря на остановившихся мертвецов. — Вы очень хорошо послужили моему роду при жизни, а теперь очень неплохо можете послужить и королевству Ёрн. Нашу страну наводняют гоблины. Баронства Кауль, Иэл, Атэль и графство Шеллиноль захлёбываются от их гнёта. Я король Ёрна — Эреборн де Колдифаер поручаю вам уничтожить их. Идите на границу с бывшей империй магов и очищайте от гоблинов все приграничные деревни и угодья!
Хоть слышала его только маленькая часть нежити, остальная получила его приказ мысленно. Океан мертвецов, замерший во время речи мага, заволновался и направился к воротам графского имения. А Эреборн развернулся и направился к фамильному склепу, где лежали все его предки до него самого. После Эреборна каждый новый Колдифаер строил себе новый склеп.
Маг ступил на белый мрамор усыпальницы, поднялся по засыпанным сухими листьями ступеням и прошёл мимо распахнутых решетчатых дверей из чёрного металла, уходя в глубину длинного здания. Спустился по широкой мраморной лестнице под землю, дойдя до массивных дверей, Эреборн распахнул их. Он посмотрел вперёд, и длинный коридор осветили голубые огоньки. На стенах между ниш у потолка были изображены кольца со сменами времён года и дня и ночи. И маг двинулся дальше. Кожаные туфли ступали по грязному полу, который никто не подметал со времён постройки склепа — семьсот лет назад. При жизни Эреборн спускался сюда только один раз: когда хранил своего отца. И больше он никогда не видел фамильного склепа. Жёны Колдифаеров хоронились на небольшом кладбище.
Шаг за шагом, он проходил мимо ниш, где уходил в темноту зал с очередной усыпальницей. Конец коридора привёл его к небольшой двери. Остановившись перед ней, Эреборн раздвинул магией её приросшие к стенам запоры — они с треском сдвинулись в стороны. Чёрная дверь открылась. Даже Эреборн знал об этом помещении только понаслышке. Он улыбнулся сухими губами и вошёл туда. Десяток зачарованных свечей загорелось, освещая небольшую комнату, куда никто не входил на протяжении семисот лет.
Там стоял только круглый алтарь с нанесённой на него гравировкой. В середине кольца виднелись солнце и луна, по краям природа, меняющая времена года. На алтаре стояла чёрная шкатулка с толстым слоем пыли. Эреборн поднял её грязную крышку. Там в пепле от сгоревшего тела лежало обсидановое сердце Пьера Колдифаера. Маг закрыл шкатулку и, взяв в руку, пошёл назад.
На следующее утро, как только рассвело и показалось ясное небо, авантюристы двинулись в путь. Алианор забрал у оставшихся в трактире самые питательные продукты, объяснив тем, что они могут остаться снаружи на ночь, если не успеют уничтожить гнездо к темноте. Связав высохшую стёганку за спиной рядом с торбой, Санчо шагал по просёлочной дороге, размышляя о случившемся.
