Элиот приехал чуть раньше назначенного времени. С дочерью он договорился встретиться в ее любимом ресторане «Лорис Диннер». Элиот поднялся на второй этаж. Официантка предложила ему столик у окна с видом на Пауэл-стрит. Сидя на высоком табурете, Элиот наблюдал за работой поваров, которые жарили мясо, взбивали яйца, поджаривали ломтики бекона на огромной чугунной плите. Это был довольно оригинальный ресторанчик в стиле пятидесятых годов прошлого века. Тем, кто презирал диету, здесь подавали щедрые порции настоящих американских блюд. Это была еда, которую все осуждали вслух, но втайне обожали: бургеры, картошка фри, мороженое и молочные коктейли. В центре зала из проигрывателя доносились песни Элвиса Пресли, а под потолком висел настоящий «Харлей Дэвидсон».
Когда Элиот приходил сюда, у него всегда возникало ощущение, что он попал в фильм «Назад в будущее». Каждый раз, открывая дверь ресторана, он ожидал увидеть Марти Макфлая и дока Брауна с верным Эйнштейном. В это время в зал вошла девушка лет двадцати.
Молодая женщина с прямыми светлыми волосами, от которых исходил необыкновенный свет.
Его дочь.
Энджи.
Он сразу заметил ее и смотрел на нее, зная, что она его еще не увидела.
Она была очень привлекательной. В длинном кашемировом свитере, бархатной юбке, которая показалась Элиоту слишком короткой, в блестящих черных колготках и кожаных ботинках, она выглядела настоящей красавицей. И не только он один обратил внимание на новую посетительницу. Парень за соседним столиком громко шептал товарищам, что к ним приближается сногсшибательная малышка. Элиот мрачно посмотрел на него. Он терпеть не мог этих обалдевших от тестостерона сопляков, которые видели в его дочери лишь объект для плотских утех.
Наконец Энджи заметила Элиота и помахала ему рукой.
Когда она шла к нему, улыбающаяся и легкая, словно ангел, Элиот вдруг понял: лучшее, что он сделал на этом свете, – подарил ей жизнь. Конечно, он был не первым родителем, которого посещали такие мысли, но, помня о том, что скоро умрет, он чувствовал это особенно ясно.
Как мог он так долго упорствовать в своем нежелании иметь детей?
Конечно, он рос в неблагополучной среде, вместе с пьющим отцом и психически неуравновешенной матерью, и потому сам не спешил создавать семью. Страх перед насилием преследовал его и погубил в нем желание стать отцом. Это было трудно объяснить. Элиот боялся, что не сможет полюбить ребенка и тем самым обречет его на страдания…
Одно он знал наверняка: мысль о том, что он станет отцом, напоминала ему о его собственном безрадостном детстве. Поэтому он отказал любимой женщине, мечтавшей иметь от него детей. Каждый раз, когда он вспоминал об этом, его сердце обливалось кровью.
А потом Илена умерла, и его жизнь на десять лет превратилась в кошмар. Он погрузился в пучину отчаяния и выжил только благодаря верному Мэту и любимой работе, за которую ухватился, как утопающий хватается за спасательный круг.
Конечно, в его жизни были другие женщины, но они не задерживались надолго. Он сам этого не хотел. Но однажды на медицинском конгрессе в Вероне он встретился с молодой женщиной-кардиологом. Это было мимолетное увлечение, через два дня они расстались и даже не стали переписываться, а через девять месяцев она позвонила и сказала, что родила от него девочку. Элиота просто поставили перед фактом, и отступать ему было некуда, тем более что его случайная подруга была лишена материнского инстинкта. Ребенок ей был совершенно не нужен. Через три месяца после рождения дочери Элиот поехал в Италию и забрал ее. По договоренности между родителями, Энджи виделась с матерью только во время каникул.
Вот так, совершенно неожиданно, Элиот стал отцом, и жизнь его снова изменилась. Десять мучительных лет депрессии остались позади, и он снова обрел смысл жизни. Теперь, прежде чем заснуть, он проверял, заснула ли дочь. В его словаре снова появилось слово «будущее», а еще «соска», «памперсы» и «молочная смесь».
Конечно, мир не стал лучше и проблема загрязнения окружающей среды никуда не делась, так же как озоновые дыры, потребительское общество и… работа, которая не оставляла Элиоту ни одной свободной минуты. Но все это отступало перед девочкой, которая весила всего несколько килограммов, перед ее блестящими глазами и доверчивой улыбкой.
Сейчас, глядя на Энджи, которая шла к его столику, Элиот вспоминал ее первые годы жизни, когда он воспитывал ее один, без помощи жены или няньки. Сначала он боялся, что не справится. Как стать настоящим отцом? Что для этого нужно? Он не знал ответов на эти вопросы. Он был детским хирургом, но в повседневной жизни его навыки были бесполезны. Если бы нужно было прооперировать сердце, Элиот знал бы, что делать. Но Энджи был нужен просто отец.
Тогда он открыл для себя великую тайну: отцами не рождаются, ими становятся. И то, что пойдет на пользу ребенку, познается буквально на ощупь, методом проб и ошибок.
