Но с презервативом ситуация, увы, обстояла сложнее. Грейс застыла. Ее охватило знакомое ощущение. Казалось, будто от затылка по всему телу растекается раскаленная смола. Это чувство уже успело стать для Грейс знакомым. Она даже знала, что делать: расслабиться и не пытаться бороться, тогда оно пройдет само собой, и уже через несколько минут Грейс будет в состоянии сдвинуться с места.
Возможно, в квартире скрываются и другие подозрительные предметы, просто они лучше спрятаны, вот и все. Грейс принялась выдвигать книги на полках в спальне. Тома плотно прилегали друг к другу и, судя по тонкому слою пыли, их уже некоторое время не трогали. А чтобы спрятать что-то за книгами, на полках было недостаточно места.
В основном выставленная литература принадлежала Грейс. Книги были по большей части художественные, хотя иногда попадались и биографии, и политические труды. Последние читали и Грейс, и Джонатан. Супругов объединял интерес к Уотергейтскому скандалу, который постепенно начал охватывать и другие области – Вьетнам, Рейгана, Маккарти, гражданские права, американо-иранские отношения. Казалось неважным, кто приобрел какую книгу. Среди томов даже была специальная книга-сейф. Внутри ее скрывался пластиковый карман. Пару лет назад это хитрое изделие вручил Грейс клиент, фирма которого скупала старые нераспроданные книги и устраивала в них такие вот тайники. Один из них клиент решил преподнести в качестве подарка в честь последнего сеанса терапии.
Грейс не удержалась и спросила – а что, если авторы книг увидят свои произведения на полках и обрадуются, а потом окажется, что хозяева используют плоды их творчества исключительно для того, чтобы прятать внутри браслеты и ожерелья? Клиент только посмеялся: «Пока никто не жаловался!» Грейс вынуждена была признать, что идея не лишена остроумия. «На книги воры внимания не обращают», – сказал клиент. Что ж, ему виднее. Во всяком случае, Грейс ни разу не слышала, чтобы во время ограбления вор тратил время на перелистывание Стивена Кинга или Джона Гришэма.
Грейс достался в подарок роман Джин Ауэл, одна из частей саги о каменном веке. Грейс подобного рода произведениями совершенно не интересовалась. Сняв книгу с полки, она принялась искать пластиковый карман, вспоминая, что спрятала туда, когда принесла «сейф» домой. Впрочем, и так было понятно, что этого предмета внутри нет. Книга была слишком легкой. Грейс на всякий случай потрясла ее, но не услышала ни звука. Тайник был пуст.
А ведь внутри, под обложкой романа должны были скрываться дорогие часы Джонатана. Грейс преподнесла их ему в качестве свадебного подарка. «Патек Филипп», золотые. Эти часы Джонатан носил редко, только по торжественным случаям, когда Грейс специально об этом просила. Например, на свадьбу папы и Евы или на бар-мицву Евиных внуков. На подобное мероприятие никак нельзя было явиться со старенькими, привычными Джонатану «таймекс» или «свотч» на запястье. Из-за такого пустяка вполне могло разразиться что-то вроде скандала.
Еще Грейс вспомнила, что положила в книгу запонки, которые ее отец как-то подарил Джонатану на день рождения в качестве символического жеста. Когда-то эти запонки преподнесла ему самому жена, а теперь пусть они перейдут следующему поколению, и так далее, и тому подобное. В общем, приятно было бы завести семейную традицию.
Грейс спрятала здесь и несколько своих вещей, которые не хотела хранить вместе с мамиными драгоценностями в туалетном столике с зеркалом. Например, Грейс решила убрать в книгу викторианскую камею, которую ей подарил на день рождения давний бойфренд. Этого парня Грейс по-настоящему не любила, но камея ей нравилась. Потом колье, тоже Викторианской эпохи. Грейс купила его во время поездки в Лондон с Витой на летних каникулах после второго курса. Была еще нитка серого жемчуга, приобретенная на Сорок седьмой улице. И наконец, особенная вещь, потерять которую было особенно неприятно – классический браслет от Эльзы Перетти. В прошлом году Грейс сама купила его для себя. На той неделе издательство приняло ее книгу, и Грейс решила, что по такому поводу вполне имеет право себя порадовать.
Она давно мечтала о таком браслете. Это была первая дорогая вещь, которую Грейс приобрела сама для себя. Конечно, экстравагантной покупку не назовешь, но для Грейс подобное поведение можно было считать необычным. Впрочем, браслет она надевала всего несколько раз. К сожалению, красивая вещь оказалась не очень удобной, поэтому в основном обитала в книжном сейфе. Но сейчас сейф был пуст.
Грейс опустилась на край кровати, сжимая в руке фальшивую книгу. Теперь она была по-настоящему пустой – ни текста, о литературных достоинствах которого Грейс судить не могла, ни того, что было спрятано в тайнике. Просто коробка с хорошенькой картинкой на крышке… вернее, на обложке. Грейс чуть не рассмеялась.
Но потом ее будто током ударило. Грейс повернулась к туалетному столику. Нет, не может быть. Джонатан бы никогда… Этот столик принадлежал маме. Одна из немногих ее вещей, оставшихся в квартире.
