Грейс подчинилась. Качать права не было совершенно никакого настроения. Боевой дух начисто пропал. Грейс вернулась в кресло в гостиной и села, положив ногу на ногу и скрестив руки на груди. Долго ждать не пришлось.
– Миссис Сакс, – начал Мендоса, – думаю, вы хотите нам помочь.
– С чего вы взяли? – бросила Грейс. Однако она понимала: полицейский отчасти прав. Раньше Грейс и впрямь не желала иметь с ними дело, но теперь что-то изменилось. Какая-то часть внутри ее сместилась, сдвинулась со старого места на новое. Но когда это произошло и почему?
Мендоса пожал плечами и склонил голову набок. Грейс знала его всего пару дней, но уже успела заметить, что такая у него привычка. И жирная шея, вываливающаяся за пределы воротника, уже была хорошо знакомой. Впрочем, знакомство все еще было не настолько давнее, чтобы советовать детективу покупать рубашки с воротниками пошире.
– Думаю, сейчас вы больше злитесь на него, чем на нас. И – только между нами – вы совершенно правы.
– Не нуждаюсь в вашей снисходительности, – напряженно произнесла Грейс, хотя и понимала, что Мендоса просто пытается ее подбодрить.
– Вовсе не думал проявлять снисходительность. Просто много раз приходилось иметь дело с подобными ситуациями. Конечно, не совсем такими же, но все же. Случается, что мужья многое скрывают от жен, и выплывает правда только тогда, когда они идут на преступление – мошенничество, ограбление, нападение… У вас, конечно, случай посерьезнее, но я часто встречал очень умных, наблюдательных женщин, которые оказались в той же ситуации, что и вы. Я вам искренне сочувствую, и мне очень неприятно, что именно я должен на вас это все обрушивать.
«Хватит заговаривать мне зубы», хотела сказать Грейс. Потому что именно это Мендоса сейчас и делал. Однако сил спорить по-прежнему не было.
– А расческа нужна, чтобы взять образец ДНК, – продолжил Мендоса. – Он нам требуется… по нескольким причинам.
Ну почему нельзя просто сказать прямо? Неужели Мендоса думает, что Грейс сейчас истерику закатит?
– Будете проверять, нет ли таких же образцов на месте преступления? – взяла быка за рога Грейс. Но вид у Мендосы по-прежнему был смущенный.
– Да, но не только. Нужно еще проверить отцовство. Вы, может быть, знаете, что на момент убийства миссис Альвес была беременна? Об этом писали в «Пост». Какой-то идиот слил информацию. Это все патологоанатомы – через них все просачивается, как сквозь сито. Хоть выговоры делай, хоть ори – толку никакого. Приношу извинения от имени всего участка.
Грейс уставилась на Мендосу. Открыла рот, но не в силах была произнести ни слова – так и застыла, затаив дыхание.
– Миссис Сакс?.. – окликнул Мендоса.
– Что вы несете?..
У Грейс голова шла кругом. До чего смехотворная идея! Так что пусть Мендоса больше не притворяется ее другом. И пришло же в голову, что Грейс попадется на эту уловку! Они ее что, совсем идиоткой считают?
Из столовой снова донесся женский смех. Должно быть, та самая офицерша, которая стояла у двери. А с ней еще мужчина с компьютером. Сколько же в квартире народу?
– Впрочем, с этими анализами у нас в любом случае назревает серьезная проблема, которую надо как-то решать. Мистер Альвес хочет увезти тело жены в Колумбию как можно быстрее, да это и понятно. Похороны пройдут там. Он сейчас разбирается со всеми своими здешними делами. После погребения возвращаться в США мистер Альвес не планирует. Тело уже передали ему. Но трудность в том, что мистер Альвес отказывается забирать одного из детей, маленькую девочку. Ну, вы понимаете…
Пребывавшая в полном недоумении Грейс едва нашла в себе силы покачать головой.
– Мистер Альвес требует провести тест на определение отцовства. Настаивает, что отец ребенка не он. Разумеется, мы не можем заставить мистера Альвеса забрать девочку. Но вопрос надо как-то решать. Его адвокат настаивает, да и социальные службы наседают. Хорошо бы поскорее уладить ситуацию.
Мендоса взглянул на Грейс и, кажется, что-то заметил. Только тогда она поняла, что именно. Грейс плакала. Она и сама не чувствовала, как по щекам текут слезы, пока детектив не протянул ей платок. Настоящий, из ткани, а не бумажную салфетку. Грейс ощущала, как крепкие стены, которые она возвела вокруг себя, рушатся.
– Мне очень жаль, – проговорил Мендоса и неловко похлопал ее по плечу. – Извините. Просто… я думал, вы знаете.
