Осталось только другую птичку найти и в клетке запереть. Естественно, что никому из ребят не позволил бы трахнуть Титову. Это была бы постановка, но какая. «Золотой мальчик» после полученных файлов волосы рвал бы на голове. Шилов рассказывал, как он без ума от этой девчонки. Но всё пошло не по плану. Уж больно строптивая попалась. Вспомнил про ключи от квартиры, что так легко отдала её подружка. Копию снял давно, а вот оригинал забыл вернуть. В кабинете на глаза попалась забытая сумочка, нужно вернуть её хозяйке. У ребят снял копию видео «мжм» с её подругой. Пусть Титова полюбуется на свою подружку. Как можно быть такой слепой и не видеть очевидного?!За поход в ресторан и за то, что я выебал её в рот, та продала свою подружку. Вроде Титова девчонка с мозгами. Хотя, какие тут мозги, когда связалась с ублюдком и подружка-шалашовка ещё та. А ведь Титов — мужик-кремень, неужели не замечает, с кем общается его единственная дочь?
Не планировал всего этого совершать с девчонкой. Сидел возле её дома, долго курил, пытался же нормально поговорить, но её упрямство взбесило меня. А когда сорвал с неё полотенце, голова отключилась. Была одна мысль — обладать этим телом. Сейчас понимаю. Что если бы не напирал, возможно, Тая открылась бы мне. Я сам всё испортил. Мне нет прощения. Я никогда его не вымолю у этой девушки.
Стою под обрывистым берегом реки. Ветер треплет мои волосы. Вдалеке проплывает пара лебедей. Вдруг один лебедь расправляет крылья, бьёт ими по чистой водной глади и вздымается высоко в небо. Другой же в это время очерчивает круги на воде. Мгновение — и лебедь исчезает, а вместо него появляется молодая женщина в белом одеянии. Она, словно птица, грациозно плывёт по воде. Не идёт, а плывёт. Я так отчётливо всё вижу, что протяни руку и смогу коснуться её.
Разлепляю медленно веки и пытаюсь понять, где я.
Ощущаю крепкие горячие ладони, которые сгребают меня с пола душевой и куда-то несут. Не сразу могу сообразить, кто это.
Глаза закрываются, и я больше ничего не слышу и не вижу.
Больше мама ко мне во сне не приходила. Больше сны мне не снились. Была сплошная тьма, а ещё жуткий писк в ушах.
Проснулась от того, что хотелось ужасно пить. Веки открывать было больно. Сначала резкая вспышка бьёт по глазам, начинаю быстро-быстро моргать и постепенно привыкаю к солнечному свету, который озарил комнату. Пытаюсь прислонить руку к глазам, но за рукой тянется какая-то непонятная трубка.
Кивнула головой.
После долгого осмотра, я вновь провалилась в сон. Сквозь него я отчётливо слышала мужские голоса и ощущала тепло от прикосновений.
