— Я до сих пор не верю в это, Ангелина! — воскликнула Тася, когда я забрала бутылку воды у пришедшего брата.
Он специально бегал в небольшую кофейню в зале ожидания, чтобы купить ее мне.
— Придется поверить, Таисия, — констатировал братец, — Я тоже был в шоке!
Брат, до последнего не замечающий мое состояние, вообще потерял дар речи на прошлой неделе.
К нам пришел Олег, чтобы уточнить вопросы по документам, и Максим случайно подслушал их разговор с отцом. Вначале, он решил, что именно его, как самого непутевого родственника — программиста-домоседа, хотят отправить в какое-то военное итальянское училище. Про меня, только что закончившую оружейку, он естественно не подумал. Накрутил себя и после ухода друга семьи закатил грандиозную истерику родителям, чем вновь выбесил нашего вспыльчивого папу. Отец ему, конечно же, все популярно объяснил, пообещав, при этом, что еще одна такая истерика и Максим точно уедет далеко и надолго.
Узнав про то, что депортируют из страны именно меня, брат долго приходил в себя.
И, однажды, вечером даже пришел ко мне в комнату с бутылкой вина и двумя бокалами.
— Ты, главное, сопли не вешай, красотка! — сказал он, разливая напиток.
От этого поступка на душе вдруг стало так горячо, что я еле сдержала слезы умиления. Никогда еще Максим не был таким любящим братом.
Вот и сейчас он всячески меня поддерживал и по-доброму шутил.
— Ну это же бесчеловечно! — воскликнула подруга и обратилась к маме, — Марина Александровна, вы не могли поговорить с дядей Витей и заставить его передумать?
Мама горько усмехнулась. Она тоже была против этой затеи.
— К сожалению, Тасенька, этот мужчина меня совершенно не слушает…
Я понимала ее тоску. Она сейчас разрывалась между любимой дочкой и не менее любимым мужем. И если со мной она не знала, что делать, то с папой все было предельно ясно. Она его любила и старалась всегда прислушиваться к его мнению. Она и предположить не могла, что когда-нибудь это самое мнение будет настолько жестким и жестоким одновременно.
— Не расстраивайся, мам, — я погладила ее по влечу и передала ей воду, чтобы она успокоилась.
— Из-за истинной любви люди не должны страдать! — подруга продолжала разглагольствовать, — Удивительно, что в двадцать первом веке у людей до сих пор такие консервативные устои.
— Тася, не тебе об этом судить, — я предупреждающе посмотрела на подругу.
Ее слова могли ранить и без того волнующуюся маму, поэтому обсуждать бренность бытия мы будем потом — вдвоем.
— Если что-то понадобится, то ты не молчи, — тут же вступил братец, чтобы сменить тему- Пиши, звони. Я помогу!
— Спасибо, — ответила я Максиму.
Аэропорт оказался большим и многолюдным. Я первый раз улетала куда-то на самолете, поэтому всё здесь для меня было в новинку.
Стараясь не думать о плохом, я задумчиво наблюдала за спешащими людьми со своего места.
Ребята продолжали болтать, мама проверяла, все ли я взяла, а я вдруг уставилась в знакомую фигуру.
Мир вдруг закружился, а я едва не раскрыла рот от удивления.
В дальнем конце зала уверенной походкой с чемоданом в руках шел Макар Любимцев собственной персоной!
***
— Я вижу то же, что и ты? — неуверенно спросила меня Тася, проследив за моим взглядом.
— Да… — шокировано ответила я.
Что он здесь делает? Неужели тоже едет в Италию? Он же не может… Или может?
— Я надеюсь он решил отдохнуть… — предположила подруга.
Любимцев направлялся в нашу сторону. Его взгляд не бегал по залу, он был направлен точно на меня. Увидел…
— Я, если честно, тоже, — захотелось убежать куда-нибудь далеко и спрятаться. Видеться с Макаром очень не хотелось! По крайней мере сейчас.
— Это твой знакомый? — удивленно спросила мама.
Она слышала слова Таси и сейчас тоже таращилась на парня.
Последним, кто еще не обратил своего внимания на моего знакомого, был брат. Он самозабвенно играл в какую-то игрушку на телефоне.
— Я вам даже больше скажу! — начала вдруг Тася, но я резко ее заткнула — схватилась за коленку подруги и красноречиво на нее посмотрела.
Девушка молча кивнула, и в этот самый момент к нам подошел Макар.
— О, Ангелина! — в свойственной ему манере широко улыбнулся Любимцев, — Не ожидал тебя здесь встретить.
Где-то на задворках моего подсознания закрались червячки сомнения…
«Не ожидал? Врет больше, чем дышит! Специально подстроил встречу! Сто процентов билетик в Италию купил!» — голосили мои головные тараканы.
— Привет, Макар, — я встала, чтобы представить друга, — Мама, Макс — это Макар. Мы с ним учились в универе.
Братец наконец-то поднял свою макушку и уставился на незваного гостя, а мама с явным интересом начала его рассматривать.
— Приятно познакомиться, Макар, — сказала она, после секундного молчания, сделав какие-то свои выводы.
— А мне нет, — тут же скривил губы Макс и пренебрежительно проигнорировал протянутую ему руку.
Брат тоже проанализировал в своей голове Любимцева и, не найдя в нем ничего интересного, ушел обратно в игру.
— Ты куда-то летишь? — решила я сгладить неловкость от грубого поведения брата.
— Да, в Италию! — радостно сообщил парень, а мои тараканы дружно ударили себя по лбу.