Между Лео и Ильей происходит дружеская потасовка, мужчины подныривают, стараются друг друга утащить под воду, запрыгивают на плечи – это как борьба двух титанов. Притягательное своей силой и будоражащее зрелище.
– Твоя взяла. – Коваль уходит от очередного захвата и пытается провести обманный маневр.
– Ты как всегда предсказуем. – Лео перехватывает друга за руку и притапливает со смехом. И в этот момент с него словно слетают годы: уходит напряженный сосредоточенный взгляд, разглаживается складка между бровей, а улыбка становится просто улыбкой – искренней, даже озорной.
– А ну стоять! – Ира хватает меня за руку под водой и удерживает на месте. – Только попробуй сбеги. Как попарились? А мы все гадали, кто занял нашу баню. – Вырываю ладонь, Ириша забыла, что мы в воде и все видно.
Болтовня подруги и Коваля идет фоновым шумом, как прибой моря, я же сосредоточена на бездонной черноте глаз, приближающейся ко мне.
Лео не сводит взгляда с моего лица, но нестерпимо хочется прикрыться руками, я уверена, что он успел изучить меня от тонких завязок купальника на шее и до пальцев ног.
Оказываюсь в мужских объятиях быстрее, чем смогла придумать приветственные слова.
Широкие ладони поддерживают меня под спину, полностью прижимая к мужскому телу.
Не знаю точно, действует на меня алкоголь или близость Лео, но мне хочется прижаться еще плотнее, чтобы между телами не проникала даже вода, мешая наслаждаться.
Не нужны слова, вновь теряюсь в ощущениях, абсолютно забывая, где я, важно только с кем.
Мои пальцы тщательно убирают влажные волосы со лба, открывая лицо. Повторяют изгиб бровей и спускаются по скулам. Рука замирает в нерешительности, и я склоняюсь, касаясь мужских губ своими. Из груди Лео вырывается тихое рычание, хватка сильных рук становится тверже, напряжешней.
– Я сделала выбор, – шепчу, ухватившись за мужские плечи и не размыкая наших губ.
– Женя. – Лео практически стонет, впившись в мой рот. Его тело напряжено, а поцелуи грубы. Губы алчно втягивают мои до боли и тут же ласкают языком.
– Эй, Ромео. Тут вообще-то дети. – Лео с рычанием отворачивает меня от назойливого голоса, но разрывает поцелуй. Затуманенный взор различает фигуру, стоящую у края бассейна. – Имейте совесть, поднимитесь в номер. – Голос дает очередной совет.
– Извините, – прошу прощения, воображая, как мы выглядим со стороны. Обхватив ногами за талию, я жадно пожираю Лео, а он отвечает с животным напором.
– Извините. – Лео хрипло повторяет за мной. Сильные пальцы выпускают мои бедра, и я спускаюсь по мужчине, словно по горке, ощущая животом налитой член. Лео продолжает держать меня в объятиях, уткнувшись в основании шеи. – Прости, – шепчет уже мне. – Прости, – прикасается губами к коже.
– За что? – зарываюсь двумя руками в волосы на затылке. Мне не нужно удерживать себя на воде, я нахожусь в желанных объятиях.
– Тебе нужно собраться к вечеру, а мне успокоиться. – Между нашими телами проникает вода, а меня нестерпимо тянет вернуться, прижаться. – Я так не смогу выйти из бассейна, не смущая детей и их родителей, – поправляет завязки шорт. – Жду тебя через час в зале. Женя, пожалуйста. – Да я сейчас натурально завою, и это будет не тихий стон, а пронзительный вой на луну. Лео делает один за одним заплывы от бортика бассейна к другому, а я растерянно ищу взглядом Иришу. – Твоя подруга ушла, – вздрагиваю от голоса над ухом. – Собирайся, моя девочка. Я тебя жду. – Нежный поцелуй за ушком, Лео подтягивается, выбирается на бортик и подает мне халат.
Бегу в номер, а тело отдает дрожью от слов «моя девочка», «моя». Как же приятно это звучит.
Нетерпеливо стучу в дверь. Поднимаясь по лестнице, продрогла, кутаясь в халат.
– Ира, открой, – продолжаю наседать на дверь. – Ириша! Если ты в ванной, я все булки твои съем! – От перспективы минут тридцать стоять под дверью барабаню двумя руками.
– Женечка, – в щель протискивается голова подруги, – погуляй полчасика, а лучше часик.
– Ира, ты совсем? Где я буду гулять часик в таком виде? – Дверь снова закрывается, а мне только и остается хлопать беззвучно ртом и ожидать.
За дверью шаги, тихий, но возбужденный разговор двух голосов, щелчок дверной ручки.
– Держи, – протягивает ключ, – это от домика Ильи, – на умоляющий взгляд хочется рычать в ответ.
– Давай, – выхватываю пластик, понимая, что врываться в номер глупо, а ожидать разрешения войти, где-то сидя в фойе или разгуливая по территории в банном халате, еще глупее. – Михалевская, ты мне должна будешь по гроб жизни!
– Еще непонятно, кто спасибо скажет! – выдает с улыбкой, выставляет на порог сапоги и протягивает свой пуховик. – Двенадцатый домик. Двенадцатый, – повторяет и с улыбкой перед самым носом захлопывает дверь.
М-да… подруга…
– Двенадцатый домик. – Злой шепот срывается с моих губ. – Двенадцатый, – передразниваю, кривляясь. – Где же этот домик?
