И вроде бы ситуация постепенно начинала разрешаться сама собой, если бы однажды всё внезапно не изменил «звонок» из ордена джедаев. Энакина посылали на очередную миссию, от которой он просто не мог отвертеться. Задание было очень важным для Республики и достаточно сложным, но что самое худшее – для выполнения этой миссии Скайуокер непременно должен был покинуть Корусант. А он не мог. Или всё-таки мог?
У генерала не было слишком много времени на сборы перед отправлением, и джедаю предстояло как можно скорее решить, что предпринять по отношению к бывшей ученице, ведь он видел, что та ещё не готова была остаться совершенно одна, без чьей-либо помощи и поддержки. Находясь в абсолютно безвыходной ситуации Энакин уже было придумывал безумные планы, чтобы проигнорировать задание или взять Тано с ним, только бы не бросать её в полном одиночестве, как помощь пришла сама собой. После многочисленных событий, произошедших между ними с мужем ранее, Падме, казалось, стала более понятлива и лояльна по отношению к ситуации, которая складывалась между бывшими мастером и падаваном, и как-то недвусмысленно, искренне дала понять, что она готова оказать Скайуокеру и Тано любую помощь и поддержку. Чем столь удачно воспользовался генерал.
И вот он уже, аккуратно вводя Асоку за хрупкие оранжевые плечи в собственную квартиру в первый раз, серьёзно просил Амидалу о том, чтобы она присмотрела за Тано. Поначалу идея супруга немного смутила сенатора, когда Энакин сообщил ей о своём решении по коммуникатору. Она всё ещё чувствовала лёгкое волнение из-за того, что происходило с тогрутой и её мужем в последнее время, некоторые совсем крохотные, совсем невзрачные, но достаточно колючие песчинки ревности. Однако, когда Падме увидела бывшую подругу живьём, вернее то, что теперь с ней стало, чувство безумного ошеломления, тесно переплетающиеся с ужасом и безграничной жалостью, напрочь перекрыли все другие эмоции, мысли и подозрения. Лишь только взглянув на слабую, бледную, казавшуюся почти больной Асоку, Падме отчётливо поняла, как глупа и бессмысленна всё это время была её ревность. Тано действительно пребывала даже в ещё более плохом состоянии, нежели описывал Амидале расстроенный супруг, и тогруте действительно требовалась помощь, значительная помощь. Теперь сенатор была полностью уверенна в том, что Скайуокер ни на миг ей не врал, что в отсутствие дома занимается лишь спасением бывшей ученицы. Весь её вид, вся её внешность, буквально кричали об этом.
Впервые увидевшись спустя столько времени, однако пережившие, пусть и заочно, достаточно много относительно друг друга, подруги обнялись тепло, радостно, тем не менее, чуть отстранённо. Пробежал между ними какой-то холодок, лёгкий раскол недопонимания и неприязни из-за всего случившегося, но тем, кто не знал истинного положения дел в этом странном любовном треугольнике, могло показаться, что всё, как обычно, между Падме и Асокой было нормально. Так хотелось думать и генералу, который, как только мог, старался закрывать глаза на ситуацию, но так ему лишь хотелось. Одна, всего одна маленькая, совсем незначительная деталь – любовь, меняла абсолютно всё в привычных отношениях их троих.
С радостью наблюдая за тем, как бывшие лучшие подруги проявляли свои женские милости и нежности друг к другу, Энакин невольно взглянул в сторону появившихся в гостиной C-3PO и R2-D2, которые, к слову, тоже очень восторженно встретили Тано. Не осталось безучастной и безэмоциональной и она. Когда же весь этот показательный обмен любезностями и радостными возгласами, заставляющий Скайуокера уже сильно опаздывать на миссию был закончен, генерал быстро попросил золотого дроида:
- 3PO, пожалуйста, покажи Асоке её комнату.
Нужно было окончательно убедиться, что бывшая, а теперь лечащаяся наркоманка хорошо устроилась, дабы ничего такого вдруг не произошло.
- Как скажете, мастер Эни, - механическим голосом с какой-то глупой интонацией, как всегда, отозвался робот, - Идёмте, госпожа Асока, нам сюда, - прерывистым движением махнув рукой в сторону коридора, ведущего в жилые комнаты, пригласил он и под молчаливый кивок тогруты проводил ту в указанном направлении.
К тому же, помимо предыдущего желания, джедаю очень хотелось остаться с женой наедине, чтобы сказать ещё парочку важных слов об Асоке вне её присутствия и, конечно же, проститься с супругой как следует, ведь они так давно не были вместе по-настоящему, так давно не проявляли друг к другу даже самых простых и лёгких, типичных нежностей, а сейчас это было как никогда необходимо им обоим, чтобы скрепить, казалось, постепенно распадающийся на частицы, некогда прочный брак.
