От нахлынувшего на неё ужаса и волнения тогрута опять стала задыхаться и, предпринимая отчаянные попытки «освободиться из захвата невидимых, но мощных пальцев врага», вновь плюхнулась спиной на подушки, конвульсивно дёргаясь на этот раз из-за не настоящей нехватки воздуха.
Всё ещё недоумевая, что же на самом деле происходит, Скайуокер быстро скользнул и в другую сторону взглядом, туда, где должен был находиться Дуку, однако и там абсолютно никого не было.
- Асока, тебе показалось, успокойся, здесь никого нет! Тебя никто не душит! – попытался прикрикнуть на девушку генерал, чтобы привести ту в чувства, он даже как-то на мгновение позабыл о том, о чём думал до этого, и чисто рефлекторно ухватил Тано за её нежные плечи, а затем не сильно встряхнул.
Но тогрута не успокаивалась.
- Здесь повсюду дроиды! – продолжала и продолжала в ужасе нести какой-то бред она, - Мечи… Где мои мечи? Дайте мне мои мечи, учитель! Я не могу сражаться с врагами без мечей! Они убьют нас, они убьют меня! – после лёгкой встряски перестав цепляться за собственную шею и вновь став нервно шнырять взглядом по сторонам, Асока в истерике начала махать руками, делая необходимые для защитного применения Силы жесты, которые время от времени то не имели абсолютно никакого эффекта, то наоборот в щепки и дребезги разносили разнообразные предметы, находящиеся в этой небольшой комнатке, предметы, которые не имели никакой особой ценности или которые Асока ещё просто не успела вынести.
Лишь когда Тано заговорила о дроидах и стала бессистемно ломать и крушить всё вокруг, до Энакина наконец-то дошло – у неё были галлюцинации, очень сильные галлюцинации, которые доводили несчастную наркоманку до иступляющего ужаса и почти до безумия. В данный момент она действительно видела всё то, о чём говорила, и реально боялась этого, потому как в своём бреде это было для Асоки словно наяву. Но на самом деле ничего из того, о чём она не успокаиваясь орала не существовало здесь и сейчас. Оба они, бывшие мастер и падаван в данную секунду находились в маленькой, бедной, захудалой квартирке тогруты на нижнем уровне Корусанта, и даже сама вероятность того, что личности, упомянутые Асокой в бреду, могли вообще здесь появиться сводилась к нулю хотя бы тем, что они и не знали, о местоположении Энакина и Асоки и, в общем-то, даже и предположить не могли, что учителя и ученицу в принципе занесёт сюда.
Уже в который раз за сегодняшний день понимая, что нужно было действовать решительно и быстро, генерал ловко перехватил хаотично мотающиеся из стороны в сторону руки собственной ученицы, не давая той разнести всю квартиру, и с силой уложил девушку обратно на кровать, прижимая её тонкие изящные запястья к мягким подушкам. Из-за стены раздались недовольные возгласы соседа, сопровождаемые грубыми ругательствами и сильным стуком кулаков о твёрдую поверхность, вся суть которых заключалась примерно в такой фразе – «Да успокойте же вы наконец эту хаттову наркоманку!», но Энакин их не слышал. Он просто игнорировал эти возмущения, абсолютно поглощённый попытками остановить Асоку, и, уж тем более, не улавливала и не понимала недовольство собственного соседа она сама.
- Мне страшно, Энакин! Спаси меня, защити меня, пожалуйста не оставляй меня одну! – вновь заголосила перепуганная наркоманка, лишённая хоть какой-то возможности противостоять несуществующим врагам, и тело её всё задрожало, словно хрупкий изумрудный листок на холодном осеннем ветру.
Лёжа на собственной кровати, девушка вся сжалась от ужаса, безумными глазами лицизрея её галлюцинации, Асоке сейчас было так плохо, так неуютно, так просто неописуемо жутко, что та вдруг снова нервно рванулась, резко подалась вперёд, пытаясь, словно маленький ребёнок к родителю, прижаться к Скайуокеру, к своей единственной и последней надежде на счастливый исход этой пугающей встречи с врагами. Однако Энакин был сильнее, и Асоке так и не удалось завершить свой манёвр. Опять беспомощно плюхнувшись спиной на мягкие подушки, тогрута умоляюще посмотрела на генерала сияющими, мокрыми от подступающих к ним слёз глазами. И в этом взгляде было столько всего, он был таким проникновенным и трогательным, что даже закалённый войной джедай не смог спокойно и безразлично отреагировать на него.
- Всё в порядке, Асока, я никуда не уйду, я спасу тебя, я защищу тебя, - попытался подыграть ей Энакин, нежно и заботливо давая Тано те обещания, в которых она сейчас как никогда нуждалась, которые она так хотела услышать именно от него, видя, что это хотя и немного, но всё же начинало помогать юной наркоманке справляться с её пугающими галлюцинациями.
