Самое неприятное — я так и не сказал ей прямо, кто она для меня. Не потому что не хочу, а потому что сам до конца не понимаю. Мысли путаются: это просто мимолётная страсть? Или что-то большее, что я боюсь признать даже перед собой?
Я долго думал, прежде чем позвать Марину в Испанию. Это не было спонтанным решением — скорее внутренним призывом, который я пытался игнорировать, но который становился всё сильнее.
Во-первых, я хотел показать ей свой другой мир — тот, что редко открываю кому-то. Мой дом здесь, мои корни, те места, где я был настоящим собой, без масок и игр. Это было своего рода испытанием — готов ли я впустить её в свою личную жизнь, в те уголки, которые обычно оставляю закрытыми.
Во-вторых, мне не хотелось оставлять её одну. В Москве мы были вместе, хоть и в своем роде на расстоянии. Здесь, вдали от привычного, я чувствовал, как между нами появляется особая связь, которую нельзя игнорировать.
И наконец, я просто хотел, чтобы она была рядом. Не ради компании, не ради развлечения — а чтобы она стала частью этого мира, пусть даже на время. Это приглашение — мой маленький вызов себе самому. Может, я готов больше, чем думал.
Это было больше, чем просто спор — я думал, что всё сведётся к одной ночи, к одному победному рывку, после которого всё вернётся на свои места. Я был уверен, что смогу выиграть этот спор, что она останется лишь эпизодом в моей жизни, каким-то красивым моментом, который я просто возьму и забуду.
Но теперь я понимаю — это не так. Она захватила меня полностью, без остатка. Это желание стало постоянным, навязчивым, как ритм сердца, от которого невозможно избавиться. Я хочу её не на одну ночь — я хочу всегда, каждую минуту, каждое прикосновение, каждый взгляд. Она перестала быть просто игрой — она стала необходимостью. И это пугает меня, потому что я не привык так сильно зависеть от кого-то.
_______________________________________________________________
Дорогие читатели, если книга вам интересна, буду рада видеть ваши лайки - кнопка рядом с обложкой "Мне нравится" или просто звездочка рядом со значком библиотеки.
Солнце мягко ложилось на мощёную улицу, играя бликами на чашке с кофе. Кафе в старом районе Мадрида напоминало картинку с открытки: кованые стулья, плитка в выцветших узорах, официанты в белых фартуках и терпкий запах кофе с корицей. Мы с Марией сидели за небольшим круглым столиком, укрытым тенью от террасного зонта. Она, как и полагается женщине её статуса, выглядела безупречно — лёгкий твидовый жакет цвета шампанского и легкое платье, жемчуг в ушах, ровная спина. И тот самый взгляд — внимательный, проницательный, но не без иронии.
— Марина, вы любите моду? — спросила она после пары светских фраз и пары глотков кофе.
— Люблю наблюдать, — отвечаю честно. — У меня нет привычки следить за трендами. Я скорее за интуицию, за вещь, которая села — и как будто «твоя».
Мария одобрительно кивнула.
— Вот и я так всегда считала. Мода — не витрина, а продолжение характера. И у вас характер… — она чуть прищурилась, — не для униформы.
Я слегка смутилась. До сих пор не привыкла к таким комплиментам от женщин уровня "основатель дома моды SOKO".
— Вы бы смотрелись прекрасно в линейке моей летней коллекции, — сказала она почти между делом. — Мы ищем лицо, не очередную куклу, а женщину, которая вызывает интерес. У вас это есть. Подумайте.
— Я?.. — я чуть не уронила чашку. — На показе? Это звучит… неожиданно.
— Жизнь вообще-то — одно сплошное неожиданное, Марина. Главное — не проморгать моменты, которые могут изменить её в нужную сторону.
Мария не спешила, говорила спокойно, но метко. Её интересовало всё: где я родилась, чем занимались мои родители, какая у меня профессия, с кем живу. Она не давила, но каждый вопрос был точным, как хирургический надрез — аккуратный, но глубокий.
Я рассказывала о своей семье, немного — столько, сколько нужно, чтобы не выглядеть замкнутой, но и не распахивать душу настежь. Мария кивала, иногда задавала наводящие вопросы, порой улыбалась так, будто знала больше, чем говорила.
И всё это происходило на фоне этого яркого, живого города, где шум улиц перемешивался с ароматом корицы и кофе. Где я, русская девушка, внезапно оказалась за одним столиком с матерью мужчины, который всё чаще стал занимать мои мысли.
Кофе был терпким, почти как взгляд её глаз, когда она, слегка склонив голову, изучающе посмотрела на меня.
А потом, без предупреждения:
— Как давно вы начали встречаться с Марком?
Я застыла. Слова повисли между нами, как тонкая нить, и любой неосторожный ответ мог бы её оборвать. Я не знала, что ответить. Потому что сама не знала. Кто я для него? Девушка? Попутчица? Девушка, которая греет его постель?
— Эээ, недавно, — сиплю я.
— Мама, ты снова допрос устроила?
Я обернулась и... на секунду забыла, о чём вообще шла речь. Марк подошёл к нам, не сводя с меня взгляда, и неожиданно взял мою руку, наклонился и поцеловал запястье — с тем самым небрежным изяществом, как умеют только испанцы.
— Buenos días, señorita.
Я усмехнулась, не убирая руки:
