— Не козлом, а козлёночком. Я один раз была на козьей ферме и видела козляток, они такие миленькие, мы пока там были, я их всех перецеловала.
— Могу ли и я в таком случае надеяться на поцелуи?
— Конечно.
И Евдокия много раз поцеловала чешуйки огромной горы, которая возвышалась над ней. Но называлась эта гора, головой дракона.
— А почему у тебя такие маленькие рожки?
— Ещё не выросли, будут большими и сам я стану большим.
— Ты и так огромный.
— Нет, я ещё маленький, хотя для своего возраста большой.
— Полетаем?
— Конечно, — и он расправил крыло, чтобы ей было удобно залезть на него.
Дракон оттолкнулся от земли и взлетел. Он всё набирал высоту, и у Евдокии захватывало дух от восторга и страха тоже. Он медленно летел чуть выше макушек деревьев.
— А почему ты так медленно летаешь?
— Чтобы ты привыкла и не боялась. Именно поэтому лечу так медленно и совсем низко. Когда привыкнешь, то будем летать быстро и высоко.
Так они летали часа полтора, а потом дракон опустился на площадку, вытянул крыло, и Евдокия спустилась на землю.
Дракон перекинулся снова в Тейна, а Евдокия смотрела на него во все глаза, стараясь ничего не пропустить, но он был в одежде. Она стояла и смотрела на него с растерянным видом.
— Что? — спросил Тейн с такой хитрющей улыбкой.
— Нет, ничего, — заметались глаза у Евдокии, и она покраснела.
А Тейн расхохотался. Но больше ничего не сказал. Они пошли в замок.
— А ты ещё покатаешь меня на драконе?
— Конечно. Мы ещё днём полетаем, но не завтра, мне нужно закончить работу. А после ужина вполне можем немного полетать. Тебе понравилось?
— Да, очень. Дракон такой огромный, а говорит, что маленький.
— На самом деле он ещё совсем не вырос. Человек растёт быстрее, он только лет через сто будет взрослым, а сейчас ещё даже рога не выросли, но он очень сильный и будет просто огромным.
— Он ещё ребёнок?
— О, уже нет. Как бы объяснить. Как у человека подросток, который уже стал юношей, даже молодым человеком, но ещё не мужчина. Примерно так. Но он уже храбрый и сильный воин, просто молод совсем.
— Он просто великолепен.
— Значит ли это, что и я такой же? Ведь мы одно целое, — с лукавой улыбкой спросил Тейн.
— Вы, конечно, одно целое, но ипостаси разные, — усмехнулась Евдокия, и пожелав спокойной ночи, вошла в свою комнату.
Дэй, Йонгур и Барт сидели, как всегда на кухне. Милли суетилась возле мужчин, меняя блюда.
— А вы знаете, что хозяин повёл леди на площадку и они улетели? — спросила Милли.
— Ты-то откуда знаешь? Ведь из кухни не выходила, — изумился её муж Барт.
— Да, мне Тара, прачка сказала, она за пирожками прибегала.
— Вот ну, ничего от вас не скроешь, — сказал Барт.
— А зачем скрывать-то? — удивилась Милли.
— Чтобы меньше болтали, — ответил он.
— А кому от этого плохо?
Йонгур расхохотался.
— Да, Барт, с женщиной в перепалку лучше не вступать.
— Парень совсем прикипел к ней, это уже не лёгкая влюблённость, — сказал Дэй.
— Да, когда её заберёт дракон, мне стоит приготовить больше успокоительного средства, — сказал Барт.
— У лекаря его всегда должно быть достаточно, учитывая характер леди, то даже больше, чем достаточно, чтобы и на слуг хватило, — сказал Йонгур.
— Мне, что же, целую бочку изготовить? — улыбнулся Барт.
— Я вот тут думаю, может, она всё-таки его? — сказал Йонгур.
— Но ты сам говоришь, что это невозможно, — отозвался Дэй.
— Да, вроде так, но я смотрю, как развиваются события, ну прямо, как будто они пара, — сказал Йонгур.
— Или нам просто так хочется, — пожал плечами Барт.
— Ладно, ждём продолжения. Развязка, когда-нибудь да наступит, — подвёл итог Дэй.
Тейн закончил свою нудную работу, и теперь после обеда почти всё время проводил с Евдокией. Он всё больше прикипал к ней сердцем, и желание обладать ею нарастало с каждым днём. В воздухе чуть ли не искры сыпались. Они каждый день летали, иногда днём, но чаще вечером. Прошло почти три месяца с того момента, как Евдокия попала в этот мир.
Она наслаждалась общением с Тейном, но тоже чувствовала напряжение между ними. Что она могла с этим поделать? Её влекло к нему словно магнитом, она тоже хотела его, но что потом? И этот вопрос имел совсем нехороший ответ. Она знала, для чего Тейн призывал себе истинную, а она не его.
Дни стояли тёплые, но вечерами уже становилось прохладно. Тейн с Евдокией сидели на качелях в саду. Они только, что прилетели, Тейн сбегал в замок и, вернувшись, сел рядом с Евдокией, накинув ей на плечи лёгкий плед, принесённый из замка.
— Тейн, мне вот покоя не даёт вопрос, — сказала Евдокия и покраснела.
— Евдокия, я же сказал тебе, задавай любой и я отвечу, — серьёзно сказал Тейн.
— Вот, когда я с башни упала, и ты прилетел меня спасать, а когда обернулся, то был голый, а теперь всегда в одежде. Получается, ты голый работал в кабинете?
Тейн рассмеялся.
— А я всё думаю, когда же ты задашь этот вопрос. Я и сейчас голый, правда сбегал в замок и надел, спальные штаны, голым задом не очень хорошо ездить по лавкам. Можешь взять меня за руку, — он протянул ей руку, а она взяла его кисть в свою.