Я не унимался, внутри снаряды взрывались, разнося осколками грудную клетку. Набрал ее номер, но не получил ответа. Со злости швырнул телефон на подушку и ушел в ванную комнату. Мне нужно было принять горячий душ. Такой чтобы обжигал до боли и выносил из головы всю накопленную ярость. Сколько времени провел под парящими струями я не соображал. Вышел, только когда немного пришел в себя и избавился от сжирающего чувства безысходности. Выход есть всегда — послать все к черту в этом случае самый верный. Хочет спать с каким-то ушлепком, наплевав на детей и четыре года брака, в котором ни в чем не нуждалась, пусть так и делает. Моя задача — оставить свое при себе, и Арина в эти планы больше не входит.
Вернулся в комнату, стараясь никого не тревожить. Никому не нужно знать, какие демоны мной сейчас управляют. Аккуратно закрыл за собой дверь и застыл на пороге — в кресле сидела Камилла, беззаботно мотая ножкой, закинутой на другую. Ее длинный пеньюар раскрылся, выставляя мне на обозрение длинные стройные ноги, а в голове пронеслось недоумение. Какого черта она тут забыла?!
— Что ты тут делаешь? — спросил холодно.
Она невозмутимо пожала плечами и кивнула на бутылку.
— Ты унес с собой, а мне между прочим тоже нужно принять перед сном, чтобы получилось уснуть. Или ты думаешь, я просто так к бару пришла?
— Забирай, — безразлично произнес я, опускаясь на кровать.
— А ты не в духе, — протянула она. — Поговорим?
Я невольно хохотнул, вспоминая наставления друга, в которых мне нужно завести себе личного психотерапевта с длинными ногами и большими сиськами. И тут такой «экземпляр» прокрался ко мне в спальню с предложением поговорить.
— О чем? — спросил я, прищурившись.
— Рус, я же вижу, что ты переживаешь, — сдавлено прошептала Камилла, пальчиками играя со своим наполненным бокалом. — Я тоже… — призналась тихо. — Очень…
Она сделала паузу, глотнув напиток, и, выдохнув, уставилась на меня блестящими зелеными глазами.
— Ты знаешь, в последнее время мы не очень ладили… Борис напивался, срывался на меня, а за день до гибели он поднял на меня руку. Я заявила, что ухожу от него… а потом… авария… Это все моя вина…
Она всхлипнула и, чуть ослабив запах, спустила с плеча блестящую ткань. На ключице красовался пожелтевший большой синяк. Я отвернулся, сжав челюсти.
— Ваша семейная жизнь меня не должна касаться, — ответил твердо.
Я действительно не желал знать, какие проблемы между ними были. Они у всех есть, мне ли не знать!
Камилла поднялась, встряхнув волосами, и шагнула ко мне.
— Не касаются, значит? Ты ведь прекрасно знаешь, почему этот брак вообще случился! Договоренность родителей, не более того. Я хотела, чтобы со мной так обращались?! Нет! Я до последнего думала, что они нас с тобой сведут…
— Замолчи, — резко оборвал я, тоже поднимаясь.
Сейчас совершенно не важно, на что она надеялась. Мне плевать. Меня внутри перемалывало отнюдь не из-за этой женщины. Из-за другой, которую я сам себе выбрал, которую полюбил.
— Не замолчу, — возразила Камилла с вызовом. — Ты ведь помнишь наш вечер перед выпускным? Чем он мог обернуться, если бы ты тогда не уехал…
Она шагнула ко мне, касаясь ладонями груди, скользнула выше к шее, а я молчал, не шевелился глядя в ее глаза. Внутри ураган эмоций и ни одной положительной.
— Я все помню… — прошептала она, поднимаясь на носочки, сокращая расстояние между нами до минимума. — И всегда помнила… Потому что не хотела забывать…
Ее губы коснулись моих, руки сплелись за шеей, а мои ладони, словно чужие, сжали ее затылок, притягивая еще ближе.
После разговора с мужем, я отложила телефон на тумбочку и отошла к окну. Я рассчитывала на этот вечер. Внезапная гибель Бориса не позволила мне поговорить с Русланом на самую кошмарную для меня тему, и я ждала, когда все немного уляжется. А сегодня снова провал. Полный. Я всем своим существом чувствовала, как время утекало сквозь пальцы, как я все больше вязла в трясине собственной лжи и отговорок. Я каждый день боялась, что Алексей опередит меня, вывернет всю правду наизнанку и выставит меня перед мужем змеей, пригретой на шее.
Когда милой знакомой Алексея дали от ворот поворот в компании мужа, он понял, что я не собираюсь помогать ему с трудоустройством. Стал шантажировать, требуя кругленькую сумму. По мнению Алексея, я неплохо устроилась, выскочив замуж за денежный мешок, который однажды собственноручно потрепала. А бог, как говорится, велел делиться…
Время шло. Я боялась, что уже упустила момент, когда еще могла сохранить свою семью. Нужно было признаться сразу, как только узнала о том, что натворила, или ночью, когда Руслан застал меня ревущей в подушку. Сейчас же я не уверена, что он легко мне поверит, не примет меня за мошенницу, удачно устроившуюся за его счет. Мне нужно было себя хоть как-то подстраховать.
За прошедшее время я нашла некоторую информацию на Алексея, и собиралась ею воспользоваться. Раз сегодня мне вновь не удалось поговорить с мужем, нужно использовать шанс доказать, что меня действительно обвели вокруг пальца.
