Она улетит через две недели, даже чуть меньше, неужели мы не можем сделать эти дни такими, чтобы всю жизнь потом вспоминать с улыбкой? Мы взрослые люди, кто мешает-то?
– Привет, девчонки, – говорю им, подходя, и раздаю коктейли, один оставляя у себя, для Яны.
Они здороваются со мной по очереди, и все загадочно улыбаются. Никто даже не пытается скрыть, что Яна молчала как рыба об лед, когда вернулась с нашего свидания. Но мне все равно. Я в курсе, что девчонки рассказывают друг другу все, ничего не имею против. Тем более что всегда есть возможность получить от них поддержку при случае. Вот как раз…
– Она не злится на меня? – спрашиваю у них. Ну мало ли! Вдруг она им до утра плакалась, что ей ничего не понравилось?
– О-о-о, – хихикает одна из девчонок. Я не знаю имен, надо будет познакомиться, а то неловко, – она делилась кучей эмоций, но злости там точно не было.
– Отлично, – посмеиваюсь. Забавные. Надо как-нибудь всех их к моим парням притащить. Классный выйдет вечер, даже несмотря на языковой барьер.
Подхожу к Яне. Уже готовлюсь к тому, что она будет готова меня казнить после этого, но она, настолько вкусная, лежит сейчас под мягкими лучами солнца, что я просто не могу удержаться. А еще я замечаю
Присаживаюсь на песок рядом с ней, наклоняюсь. Меня магнитом к ней тянет, кажется, это какая-то болезнь, но я совру, если скажу, что хочу излечиться. Аккуратно убираю локон с щеки, наклоняюсь еще ближе и касаюсь губами губ, вдыхая ее особенный аромат, который сносит мне крышу далеко не второй день… Много, очень много лет.
Сон такой странный… Я словно на границе с реальностью и не могу ни до конца уснуть, ни нормально проснуться. Я слышу голоса и тихий смех, громкий шум моря и крики чаек, но совершенно не могу пошевелиться и открыть глаза.
Солнце приятно ласкает кожу, я готова остаться в этом мгновении навечно, честное слово. Это, кажется, вообще лучшее ощущение за последние несколько лет, ну… Если все-таки
Я все еще не понимаю, сплю или нет, все так странно… Голоса, смех, я точно слышу своих девочек и… Андрея? Что…
Хочу проснуться, но потом все внутри меня замирает, когда я ощущаю крошечное касание на своем лице. Это не похоже на ветер, тогда что? Может, какое-то животное? Или это тоже сон? Я пытаюсь понять и очнуться, но это так сложно, словно кто-то лапами держит меня на этой границе миров и не дает вынырнуть.
А потом моих губ касаются… Мягкое, едва заметное прикосновение, словно перышко, но я отчетливо понимаю, что это поцелуй. И все, что замерло мгновением раньше, оживает и начинает работать с невероятной скоростью. Сердце выскакивает из груди, а губы какого-то черта распахиваются навстречу поцелую!
И когда до меня вдруг доходит, что это на самом деле не сон и меня
– Ты… – заикаюсь я, трогая губы руками. Он и правда меня целовал? – Ты чего?
Осознание медленно, но верно заслоняет мысли. Я оборачиваюсь на девчонок на мгновение и успеваю заметить, как все они сидят и наблюдают за нами с такими заинтересованными лицами, что им не хватает только попкорна в руках.
Он что, поцеловал меня при подругах? Повел себя так, словно мы чертова
Если я убью человека и закопаю его в песке, меня выпустят из страны через две недели?
– Я подумал, что тебе стало плохо, и решил сделать искусственное дыхание, – пожимает он плечами. Как всегда улыбчивый и беззаботный, ведет себя так, словно вообще ничего страшного не произошло. А на деле… А стоп. А что на деле?
– Не делай дуру из меня, – фыркаю на него, потирая сонные глаза. Он протягивает мне коктейль, и это невероятно вовремя, во рту пересохло просто ужасно. В три глотка выпиваю ягодное спасение, игнорируя трубочку, и только потом понимаю… – Алкогольный? Серьезно?!
Глаза округляются от неожиданности, в горле происходит что-то похожее на небольшое пекло.
– Черт… – По лицу Андрея вижу, что он не был в курсе такого поворота, а по таким же коктейлям в руках девчонок понимаю, что затейница кто-то из них.
– Крошка, там пару капель, – улыбается Мира. – Для расслабления!
– Да у меня горло сгорит сейчас, – начинаю кашлять и обмахиваться рукой. Я очень редко пью, и обычно это что-то легкое, а тут, готова поспорить, добавлен довольно крепкий алкоголь, и даже в малых дозах я чувствую его остро.
– Надо остудить срочно! – говорит Андрей, и я снова оказываюсь втянута в такой-то сумасшедший водоворот событий. Потому что секунду спустя я уже на его руках и он бежит прямо в море, а я цепляюсь за его шею, чтобы просто не упасть. Боже! Он что, издевается?! Что за резкие повороты сюжета в нашем фильме, я не успеваю переваривать!
