Снаряжение с меня буквально сорвали и кинули в корзину с другими отобранными вещами, среди которых были и драгоценности, и деньги. Вот они, честные солдаты, вот она, демократия и монархия. Я была чертовски зла, готова была несколькими ударами растолкать товарищей, забрать вещи и убежать прочь. Барона Зайчика мне позволили оставить на спине, и это лишь благодаря хриплому мужскому голосу в палатке. Я не хотела видеть его сейчас, в голове крутилось: «Только бы не он». Я хотела, чтобы в моей памяти этот мужчина остался, как лучик чего-то светлого, тёплого, но в глазах его был холод, а от тела веяло морозом, от которого капитан пытался согреться алкоголем. Резкий запах ударил мне в нос, и солдаты толкнули внутрь, оставив один на один с осуждающим взглядом. «Капитан Кэйа, почему же, смотря на вас, я не могла надеть свои розовые очки?»
— Вот и ты. Я ждал.
«Почему я не могла вспомнить, как вы гладили меня по голове и успокаивали?»
— Честно, я очень разочарован в тебе.
«Почему я не улыбалась от встречи с вами, почему?»
— Я поручил тебе самое лёгкое задание за большую цену, а ты с ним не справилась.
«Почему мои руки дрожали, а сердце ныло от досады?»
— Ты решила, что моё терпение будет длиться вечно, а из-за наших близких отношений я всё спущу с рук?
«Почему сейчас я так хотела вас ударить, скажите же мне, капитан!»
— Ты плачешь, — его рука коснулась моей щеки, и только тогда я почувствовала, что расплакалась, как маленькая девочка. — Так обидно слышать от меня критику? — взгляд капитана был туманен, а щёки горели алкогольным румянцем. Его усмешка не означала ничего хорошего, и всё же мужчина нежно гладил моё щёку, убирая слезинки одну за другой. — Ты же понимаешь, это политика. Нам нужно собрать деньги, вот мы и собираем.
— Почему именно таким способом? — пробубнила я, на что Кэйа прижал меня к себе, убаюкивая, как младенца.
— Потому что нам так приказали, глупышка, — он говорил о жутких вещах игриво, мягко, будто то бы вводя меня в какой-то транс. Свечка дрожала под топотом целой роты солдат, направляющейся в деревню и дальше в лес, а моё сердце медленно утихало в мужских объятьях. — И я это исполняю. Не сразу, конечно, но я понял, как будет лучше, — Кэйа отстранился и провёл большим пальцем от моего лба до холодного носа. — Ты ведь у меня умная девочка. Ты всё сделаешь, так ведь?
«Ошибаешься».
— Ты сделаешь, что я скажу, и впредь будешь послушной, хорошо?
«Нет, я не буду».
— Я буду гордиться тобой ещё больше. И полюблю ещё сильнее.
«Не нужна мне такая любовь!»
— Ты что творишь?! — вскрикнул капитан, когда я укусила его за палец, потянувшийся к моим губам, но я не успела даже развернуться, как Кэйа заломил мне руки за спину и заставил сесть на колени, согнув спину. — Дрянная девчонка. Что с тобой происходит, чёрт тебя дери?
— Отстаиваю… — прокряхтела я от боли. — Непопулярную позицию.
— Ты понимаешь, что тебя ждут огромные неприятности, если ты не прекратишь выделываться? И я уже не смогу тебя спасти, Эмбер!
— Так не спасай меня! Мне не нужна твоя помощь!
— Чёрт, сама напросилась, — ловким движением он уронил меня на землю, прижав голову крепко к земле, до боли в затылке. Руки по прежнему были в его власти, а ногам оставалось лишь безуспешно метаться. Сил не хватало сбросить мужчину, а в груди валун разрывал внутренние органы. — Я не хотел этого. Но это нужно, — оледеневшая ладонь потянулась к моему лицу, и я поняла, что капитан хочет сделать. Завизжав, что есть мочи, я закрыла глаза от страха, что сейчас мне сделают больно, но солдаты и не собирались спасать меня. Никому это было не нужно. Все считали моё наказание оправданным.
Ткань палатки с противным скрежетом разорвалась, и тяжёлое тело свалилось на Кэйю, прижав его руки, наполненные элементом крио. Не было времени удивляться, я сразу же схватила свой лук и направила стрелы прямо в броню солдатам, настигающих нас. Ткань палатки начала опускаться, и я быстрым движением полностью накрыла ей головы мужчин, лишив возможности остановить меня. Один вздох, и я уже держала в своей руке сомкнутый тёплый кулак с шершавой грубой кожей вместо оружия. Почувствовав моё прикосновение, парень разжал ладонь и скрестил наши пальцами, утянув меня вперёд, прочь из этой палатки, куда-то в кусты, в ночь. Непонятные копошения и крик продолжал доноситься из-под густой ткани, а нас с Рейзором полностью скрыла темнота и тела выстроившихся в ряд жителей Спрингвейла. Они тоже были готовы стоять до последнего, бороться с солдатами, не имея ничего не спиной, лишь густой опасный лес. Я видела, как они взялись за руки: и женщины и дети, и мужчины, сильнейшие в этой деревне вышли вперёд, к вооружённым бойцам. Именно они позволили нам сбежать…
— Расступитесь! Объявляется погоня! — люди скрестили руки и не дали солдатам даже сдвинуть их с места. Красный и злой Кэйа вышел вперёд со взъерошенной причёской, но даже перед ним народ не отступил.
— Теперь мы принимаем приказы… — промолвил Драфф и крикнул во весь голос, заглушая малейшие шорохи в густом лесу: — ТОЛЬКО НА КОЛЕНЯХ!
