Конечно, можно было просто проигнорировать звонок, посмеяться и бросить трубку. Или вызвать на место встречи парочку оперов. Можно, если бы не одно крошечное “но”. Этим “но” была фотография ее матери, отправленная на электронную почту. И короткое ясное предупреждение: если капитан Лаврова откажется явиться в назначенное место или, того хуже, придет не одна, то очень скоро станет сиротой. И Катя, хоть и не была мнительной трусихой, проверять серьезность намерений звонившего не рискнула.
И вот теперь, ругаясь всеми известными интеллигентной девушке словами, Лаврова пыталась найти назначенное место и при этом что-нибудь себе не сломать. Попутно пыталась понять, зачем неизвестный это все затеял. Хотел убить ее в тихом удобном местечке? Для этого предостаточно и других возможностей. Чья-то глупая шутка? Вряд ли нормальному человеку придет в голову так шутить. А может, это кто-то из подозреваемых решил напугать ее таким странным способом?..
Катя замерла, настороженно прислушиваясь и сжимая в руке оружие. Скорее не услышала — почувствовала чье-то присутствие рядом. Напряжение сковало целиком, не давая вздохнуть.
— Кто здесь? — спросила громко. Звук ударился о стены и затих. Тишина стала еще более пронзительной и настораживающей. А в следующее мгновение Катя ощутила какое-то движение за спиной. Резко обернулась, готовясь в следующую секунду вскинуть пистолет. Но опоздала: на бетонном полу уже сцепились две тени. Откуда взялся второй неизвестный, Катя так и не поняла. Хотя в этих лабиринтах скрыться легче легкого…
— Стоять! — приказ прозвучал несколько нелепо, учитывая ситуацию. Однако борьба все-таки прекратилась. Второй неизвестный почти скрутил первого, но тот каким-то невероятным образом сумел извернуться и, ударив соперника в лицо, вскочил.
— Стоять, стреляю! — повторила Катя и нажала на спусковой крючок. “Тень” сдавленно выругалась, подалась в сторону, очевидно, ожидая еще одного выстрела. Лаврова рванулась за ним, а в следующее мгновение сама очутилась на пыльном полу, прижатая чьим-то телом. Однако не успела возмутиться даже мысленно — буквально через долю секунды раздался характерный щелчок, и в том месте, где она стояла, со стены посыпалась штукатурка.
— Тихо, Екатерина Андреевна, — раздалось над ухом, и Катя удивленно вскинулась:
— Долгов, вы-то что здесь делаете?!
— А вы думали, я вот просто так развернусь и уйду, наплевав на то, что у вас что-то произошло?
— Действительно, — фыркнула куратор и перешла к насущному: — Может, вы с меня встанете уже? Во-первых, это уже становится неприличным, во-вторых, вы весите несколько больше пушинки.
— Извините, — ей показалось, или в голосе этого наглеца промелькнуло смущение? Поднявшись, Долгов галантно подал Кате руку. Женщина, игнорируя вежливый жест, резко поднялась и тихонько охнула: в ногу ударило ужасной болью.
— Что такое? Вы ушиблись? — встревоженно спросил Родион и посветил телефоном.
— Все нормально, — процедила Катя сквозь зубы. Сделала шаг и почти со страхом поняла, что сама даже выбраться отсюда не сможет, не то что до ближайшей остановки дойти. А остановка, к слову, находилась отнюдь не в двух шагах от этого очень милого местечка.
— Значит, так, — по-деловому заявил Долгов, пытаясь поудобнее устроить телефон, чтобы он освещал путь. — Сейчас я доведу вас до машины и осмотрю ногу. Если что, поедем в травмпункт.
— Я сама дойду, — отрезала капитан. — И не надо никакого травмпункта.
— Ага, как же, — хмыкнул Родион. — Екатерина Андреевна, иногда ваши проявления независимости настолько неуместны… — и, не размениваясь больше на лишние разговоры, легко подхватил Катю на руки.
— Долгов… — смущенно и возмущенно одновременно пробормотала Катя, протестующее уперевшись ладонями ему в грудь.
— Лучше обнимите меня, вам же удобнее будет, — пытаясь скрыть несколько неуместную улыбку, перебил курсант. Лаврова недовольно вздохнула, но все же неуверенно обхватила парня руками за плечи. Машинально отметила, что спортом он очень даже не пренебрегает, и тут же рассердилась на себя. Слишком много и не по делу думает она об этом обаятельном нахале…
— Надеюсь, вы не начнете демонстрировать на мне приемы рукопашного боя, если я осмотрю вашу ногу? — осведомился Долгов, бережно устроив Катю на сиденье. Лаврова сердито сверкнула глазами, но ничего не сказала. Понимала, что в этой ситуации Родион поступает так, как нужно, это она как-то неадекватно реагирует на совершенно правильные действия своего курсанта. Впрочем, учитывая то, что произошло на этом самом сиденье несколько дней назад… Катя отчаянно покраснела, надеясь, что Долгов не заметил.
