Затем я открыл файлы из второй группы, и утопия лопнула. Запасы угля в шахтах на севере острова подходят к концу. На этом угле работали две теплоэлектростанции, угля для них хватит максимум на один год. Из пяти опреснительных станций нормально работают только две. Генераторы электростанций изношены так, что через год-два они выйдут из строя. Автопарк умирает. Машины гниют от жары и морского воздуха. Таксопарк и общественный транспорт практически полностью подлежит замене. Не хватает грузовиков и строительной техники. Рыболовные суда требуют капитального ремонта. Радовало, правда, что рос экспорт. Это подтверждали файлы из первой и второй группы. Приток валюты был значительным, но почти вся она уходила на закупку военной техники. Я нашел докладную записку на имя Сеньора Гобернанте, в которой военные просили валюту на закупку новых ракет, беспилотников и радиолокационных станций. Я сложил цифры: восемьдесят процентов экспортной выручки — в армию. Простой экономией исправить что-либо невозможно. Никто из правителей острова не шиковал, все жили скромно, брали пример с Сеньора Гобернанте. Так что в воровстве напрямую никого обвинить было нельзя. Если воровство и было, то незаметное.
Через два дня позвонил Фидель.
— Как идут дела?
Я рассказал, что готовлю сводные таблицы, в которых будут отражены реальные данные и те, что докладываются Сеньору Гобернанте.
— Отлично, — сказал Фидель. — Не забудь указать самые слабые точки, за что надо браться в первую очередь.
— Это я помню.
— Если будут какие-нибудь рекомендации, то обязательно напиши, — напомнил Фидель и повесил трубку.
Какие к черту рекомендации! Что я мог сказать, не имея ни экономического, ни технического образования? Новые генераторы для электростанции… Их надо покупать или их можно починить? Здесь нужно мнение инженеров. Разломанные прошлогодним ураганом солнечные батареи — это первая необходимость, или их вклад в энергоснабжение так мал, что работы с ними можно отложить? Сколь серьезные повреждения у рыболовных судов? Единственное, что я придумал, это уменьшить военные расходы и осушить как можно больше сельвы. Преобразованная сельва — это новые сады, огороды, пастбища, а может даже виноградники. Здесь тепло, солнечно, вино должно получиться неплохим. И потом на острове нет спиртзавода. А производство водки довольно дешево, насколько я мог это себе представить.
Все это я написал в отдельном файле, привел в порядок таблицу и позвонил Фиделю, что готов с ним встретиться.
Фидель сидел за столом, читал что-то в планшете и, казалось, не обратил на меня никакого внимания. В комнате исчезли стулья, я прошел к окну и сел на подоконник. Прошла, наверное, минута или две. Наконец он оторвался от планшета.
— Инженеры, говоришь… — пробормотал он, глядя на меня поверх очков. — Ну-ну.
— Если нет своих, — пожал я плечами, — можно пригласить. На хороший контракт приедет любой.
Фидель выключил планшет, провел по экрану рукой, будто смахнул пыль, и убрал его в ящик стола.
— А ты молодец, — сказал он, сопровождая сказанное кривой улыбкой. — Все сделано быстро.
Я поблагодарил.
— Особенно мне понравилось, что ты предложил урезать военный бюджет.
Я сказал, что это лежит на поверхности, но маловероятно, что кто-нибудь с этим согласится.
— Это уже не твоя забота, — сказал Фидель. — Главное, что ты об этом написал. Мнение умеющего складывать числа математика для меня очень важно.
Я не понял, почему мнение математика важнее мнения экономистов, но решил больше эту тему не поднимать.
— А как насчет сельвы? — спросил я.
— Да, это важно, — кивнул Фидель. — Это все понимают. Работы по осушению ведутся, но очень медленно. Техники почти нет, работают заключенные… ну, как работают — лопаты, тачки, ручные насосы.
— Но если урезать военный бюджет, то можно купить любую технику.
— Да-да-да, — пробурчал Фидель.
Какое-то время мы молчали.
— Кстати, — спросил я, — а почему на нашей встрече были военные, а не экономисты?
Фидель отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.
— Про экономистов тебе уже объяснили…
— А военные? — продолжал настаивать я.
Фидель забарабанил пальцами по столу.
— Давай договоримся так. Ты задаешь вопросы только по теме заданий. Все, что сверх, я тебе сообщаю по мере необходимости. Не торопи события, придет время, и ты все узнаешь.
Я понял, что разговор окончен.