Я открыл дверь. Хосе протиснулся в образовавшуюся щель, задом прикрыл дверь и зашептал:
— Сеньор, вам надо покинуть отель. В пять или шесть утра прибудет наряд полиции. К обеду они уйдут, и вы можете вернуться.
У меня защемило сердце.
— Они, что, будут охотиться за постояльцами?
— Только за американцами. Вам лучше уйти. Идите к морю, поверните налево, дальше по тропе вдоль сельвы. Через километр будет пляж с кустами. Посидите там до рассвета. Потом идите дальше, попадете в рыбацкую деревню. Там днем безопасно. У них есть два ресторанчика на берегу. Посидите там до часу дня и возвращайтесь. Если все спокойно, то я помещу зеленую бумажку у дверного звонка. И еще… Приберите постель и спрячьте свои вещи в шкаф. Комната должна выглядеть готовой к новому постояльцу.
Хосе выдохнул и собрался уходить. Я остановил его.
— А если я не уйду?
Он покачал головой, как человек, которому пришлось объяснять очевидное слишком часто.
— Вас будут допрашивать. Мне сказали, что американцы руками мексиканцев планируют государственный переворот.
— Но я только вчера приехал. И я программист, не политик, не террорист.
— Вы им ничего не докажете. Если будете возражать, то они найдут у вас наркотики, а это смертная казнь.
Я оценил масштаб проблемы. Внутри у меня похолодело.
— Кто вам это сказал?
Хосе замялся, потом прошептал:
— Это неважно. Скажем ему за это спасибо.
Я выпроводил Хосе, выглянул в коридор и увидел, как он торопливо заглядывает в бумажку, потом стучит в очередную дверь. Все ясно, американцы должны исчезнуть из отеля. Куда они делись? Все сидят в аэропорту и ждут своих самолетов. Там американцы не опасны — улетят, и слава богу. А вот те, кто остался… зачем они остались в такое неспокойное время? Что они задумали? Логика полиции понятна.
На берегу я увидел Рыжего. Огляделся — больше никого, хотя, я ожидал встретить тут по меньшей мере с десяток американцев.
— А где остальные?
Рыжий пожал плечами.
— Я видел пару молодоженов, они уже ушли. Больше никого нет. А где ваш знакомый?
Теперь пожал плечами я.
— Не знаю, что-то с ним не так.
— Пошли?
И мы пошли, вдыхая свежий ночной воздух и слушая шелест прибоя. В небе мерцали знакомые звезды, но кто-то опрокинул ковш Большой Медведицы и положил его на верхушки пальм, торчавших из сельвы.
— Сельва — отличное место, где нас никто не найдет, — сказал Рыжий. — Однажды тут преследовали бандита, он убежал в сельву, и полиция перестала его искать. Сказали, что крокодилы совершат правосудие не хуже министерства юстиции. Смотрите внимательнее под ноги, крокодилы по ночам часто выползают на дорожку и им очень не нравится, когда о них спотыкаются.
— Райское местечко, — согласился я.
Берег сначала был каменистым, точнее, состоял из коралловых плит. Потом начались кусты, заслонившие море.
— Похоже, мы пришли, — сказал Рыжий. — Если за кустами песок, то это место, о котором говорил Хосе.
Он сошел с тропинки, раздвинул ветки кустов.
— Да, тут песчаный пляж, давайте располагаться. Заодно поищем других постояльцев, которых полиция не считает законопослушными.
Песок был холодным и казался влажным. Рыжий достал из рюкзака огромное пляжное полотенце, расстелил его, позвал меня сесть рядом. Я позавидовал его предусмотрительности. В моей наплечной сумке были только документы, телефон и бумажник.
— Красиво, — сказал он, показывая на горизонт, начавший светлеть и наливаться розовыми красками.
Я согласился и опять позавидовал, что даже в такой ситуации он способен чем-то восторгаться. Я же кроме усталости и желания спать ничего не испытывал. Мы сидели молча, смотрели на красный диск, выползающий из горизонта, и ждали момента, когда можно встать и идти в деревню.
И тут появилась парочка — он и она. Молодые, красивые, с белозубыми улыбками. Они выглядели так, будто прибыли сюда не по воле обстоятельств, а по счастливому билету, полученному за свою беззаботность.
— Привет! — сказал он.
— Привет! — сказала она.
— Я Джон, — сказал он.
— А я Мэри, — сказала она.
Мы тоже представились. Рыжий задумчиво смотрел на них, будто решал, верить ли этим именам.
— Джон и Мэри… — протянул он. — А ваша фамилия, случайно, на Смит?
Молодой человек улыбнулся.
— Если бы! Я искал девушку с фамилией Смит. Моя — Вессон. Так бы мы взяли двойную фамилию Смит энд Вессон.
Мы засмеялись.
— Я бы не отказался от вашего фирменного револьвера, — сказал я. — Сидели бы тут спокойнее.
— Пять лет тюрьмы, — сказал Рыжий. — Тут даже охотничьи ружья запрещены. А вы, — он обратился к молодоженам, — никого больше не видели?
— Видели толстяка, — сказал Джон. — Он походил по пляжу, сказал, что замерз и направляется в деревню.
Рыжий посмотрел на меня, я облегченно вздохнул.
— Так что, — спросила девушка, — нас только пятеро? Остальные сидят в аэропорту?
— Там сейчас для нас самое безопасное место, — сказал Рыжий. — Хотел бы я туда попасть.
— Можно попробовать поймать машину, — предложил Джон.
— Ага, — хмыкнул Рыжий. — Сейчас на шоссе можно поймать только полицейскую тачку, которая специально ездит в поисках людей с подобными идеями.