— Ты заслужил, поэтому благодарности излишни. Пришли мне в «Телеграм» фотографию паспорта человека, которого отправишь в Москву. Дату и номер рейса, на который его нужно посадить, я пришлю тебе ответным сообщением. Он обязательно должен вылететь именно тем рейсом, который я укажу. И еще. Чем меньше он знает, тем лучше. Выбери кого–нибудь поглупее.
— Я понял тебя, всё сделаю. Когда ты уходишь?
— Прямо сейчас.
— А Асия?
— Она мертва. Её тело завернуто в ковер в моём доме. Позаботься об этом.
— Хорошо.
Удей встал и обнял Вахида:
— Пусть бережет тебя Аллах. Ты был верным другом.
— Я им и остаюсь, Удей.
— Прощай, брат.
Удей взял из угла комнаты кофр, перекинул через плечо и вышел.
Через час он уже проходил через пункт пропуска беженцев с фотоаппаратом в руках. На каске, груди и спине у него красовались большие надписи «PRESS», а на шее висела аккредитация от «СNN». Он прошел мимо солдат, даже не посмотрев в их сторону. Статный европейский корреспондент в свою очередь тоже не привлек их внимания. За спиной Удея остался Идлиб, превращающийся в руины.
За столиком в чайной сидели два европейца. Странно было даже не то, что они находились за пределами «зеленой зоны» без видимой охраны. Бросалась в глаза их демонстративная расслабленность и невозмутимость, словно они находились в одном из европейских кафе, где им ничто не угрожает. Неброско одетый молодой мужчина приятной наружности походил на американца или англичанина, пожилой — был похож на серба или русского. Разговаривали они на английском языке.
— Печально видеть, во что превращается Ближний Восток. И еще печальнее то, что большая часть вины за это лежит на Западном мире, — грустно говорил молодой человек.
— Свержение тирании — благая цель. Полагаю, со временем всё придет в норму, — успокаивал его Удей. Его собеседник не знал этого имени. Он считал, что разговаривает с Джамалом, мусульманином и гражданином Франции, который волей судьбы оказался на Ближнем Востоке. Но это была лишь легенда.
— Да. Мир рано или поздно наступит. Благодаря таким людям, как вы, — откровенно польстил собеседнику молодой человек.
— Бросьте, Стив. Всё закончится независимо от нашей воли и нашего участия.
— Тем не менее, мы очень ценим ваши услуги, которые помогают приблизить этот регион к миру.
— Кстати, об этом. Вы принесли то, что я просил?
— Разумеется. Мы всегда выполняем свои обязательства, — Стив вынул из кармана пухлый конверт и передал собеседнику. — Позвольте проявить любопытство, зачем вам русские паспорта? Собираетесь в Россию?
— Почему вы не спрашиваете, зачем мне турецкий паспорт?
— О, это очень просто. Если вы намереваетесь поехать в Россию, вы бы пригодились нам и там, да и мы могли бы оказать вам необходимую поддержку.
— Боюсь, что в ближайшие пару лет в Россию ехать я не планирую, но, если вдруг надумаю, обязательно поставлю вас в известность. А это вам от меня, — Джамал протянул сложенный вчетверо лист бумаги. — Теперь даже никчемная иракская армия сможет легко взять и Эль–Фаллуджу, и Рамади.
— О, не могу передать, как мы вам благодарны, — Стив закатил глаза. — Представляю, какому риску вы подвергали себя, добывая эти сведения.
— Кстати, раз уж мы заговорили о России. У меня есть информация, которая вам вряд ли интересна, но могла бы заинтересовать русских.
— О чем речь?
Джамал достал еще один лист и протянул его собеседнику:
— Здесь сведения о человеке, который направляется в Москву в качестве эмиссара «ИГИЛ». Он будет координировать всю работу Халифата на территории России.
— Здесь даже дата и номер рейса, которым он прибудет в Москву, — изумился Стив.
— И не только, — Джамал включил свой смартфон. — Мне бы не хотелось пересылать вам файл, но вы можете сфотографировать этого человека с экрана моего телефона.
Стив с готовностью достал смартфон и сфотографировал экран.
— Думаю, такая информация очень впечатлит русских. А нам позволит занести в свое реноме важный эпизод антитеррористического взаимодействия.
— Должен вам сказать, что я не смогу некоторое время выходить на связь, это касается и канала экстренной связи, — Джамал убрал телефон во внутренний карман пиджака.
— Если у вас какие–то проблемы, вы можете рассчитывать на нашу всемерную помощь.
— Нет, боюсь, в данном случае вы бессильны. Это личное.
— Что ж, буду ждать от вас вестей. Еще раз благодарю за важные сведения, — Стив поднялся и положил на столик деньги, оставив щедрые чаевые. — Подождите полчаса перед тем, как уходить.
— Как обычно. Всего доброго.
— Удачи вам в личных делах, — Стив вышел из кафе и пошел по улице. Сразу же за ним последовала машина, всё это время стоявшая у обочины. Вторая машина догнала его в конце квартала. Она остановилась, Стив сел на заднее сиденье, и обе машины направились в сторону «зеленой зоны».
